Книга Старая любовь - новые неприятности, страница 55 – Марина Серова

— Конечно. — Я и в самом деле с интересом слушала рассуждения Первайкина. — И все трое мертвы.

Следователь кивнул, словно только и ждал этой реплики.

— Причем убийство Никиты Осокина до сих пор остается нераскрытым, — продолжал он. — Возможно, именно это завещание указывает на причастность Белорецкого к данному преступлению.

— Но каким образом? — искренне удивилась я. — Ведь в предполагаемое время убийства Никиты Белорецкий находился за пределами страны. Отдыхал на заграничном курорте вместе с молодой женой…

— Не торопитесь, Татьяна Александровна, — возразил Первайкин. — Вряд ли вы не слышали о существовании наемных убийц. Так что физическое присутствие заказчика на месте преступления вовсе не обязательно.

— И как теперь искать этих убийц, если заказчик мертв? — поинтересовалась я. — Да и зачем ему упоминать в завещании сестру того, кого он якобы сам же и убил?

— Вы забываете о чувстве вины, — пояснил следователь. — Психология убийцы сложная штука. При жизни своей молодой красивой жены он видел угрозу в самом существовании ее бывшего возлюбленного. Может, у Белорецкого были основания считать, что их отношения продолжаются или могут вновь начаться. Поэтому Белорецкий и решил принять радикальные меры. А когда Виолетта погибла, он осознал, что напрасно убил молодого человека, который к тому же был единственным родственником той самой Ольги Осокиной. Никита был Ольге как сын, женщина едва с ума не сошла от горя. Вот Белорецкий и решил хотя бы таким способом облегчить ее боль от утраты близкого человека.

«И когда бы она еще узнала об этом благодеянии?» — мелькнуло у меня в голове. Белорецкий вроде бы умирать не торопился.

— Слишком много психологии. — Я с сомнением покачала головой.

— Возможно, — не стал возражать следователь. — Но пока это единственная зацепка. Парень мертв, а версия о долгах до сих пор не нашла подтверждения.

В кабинете воцарилось молчание, и первым его нарушил следователь.

— Конечно, расследование особо тяжких преступлений не вполне моя компетенция, — бесстрастно проговорил он, — но все же мы одна команда. Но главное, если я могу быть полезен Владимиру Сергеевичу, то сделаю все, что от меня зависит.

Первайкин произнес это без всякого пафоса, так, словно счел необходимым мимоходом пояснить, почему он решил заняться расследованием убийства Осокина. А я в который уже раз отметила, каким искренним уважением пользуется у коллег подполковник Кирьянов. И надо отдать ему должное — вполне заслуженно.

— Спасибо, — улыбнулась я следователю.

— Мне-то за что? — Мне показалось, что следователь немного смутился.

— За то, что мы одна команда, — весело ответила я и добавила: — И конечно, за вашу помощь. Без вас я бы не раздобыла столько важной информации, да еще за такое короткое время. А насчет Никиты Осокина могу пообещать — буду держать вас в курсе относительно любых новых подробностей. Если они, конечно, появятся.

— Татьяна Александровна, — окликнул меня Первайкин, когда я уже взялась за ручку двери кабинета.

Я обернулась и вопросительно подняла брови.

— Понимаю, что вы, скорее всего, мне не ответите. Но все же кто из упомянутых в завещании дам ваша клиентка — Лиховцева или Осокина?

Искренне потрясенная, я призвала на помощь все свои актерские способности и изобразила беспечную улыбку.