Книга Старая любовь - новые неприятности, страница 52 – Марина Серова

— Наверное, так действительно будет лучше, — сочувственно отозвалась я. — Еще раз примите мои соболезнования.

Лариса в ответ кивнула с печальной улыбкой, с тем мы и распрощались.

Возвращаясь от Аверченковой, я обдумывала информацию о загадочной четверке, тающей прямо на глазах. Надеюсь, что мне все же удастся побеседовать с Викентьевым, прежде чем он решит последовать примеру Аверченкова с Белорецким.

Убаюканный было цинизм вновь напоминал о себе, да и с чего я взяла, что Викентьев собрался умирать. А четверка-то и впрямь хоть куда, прямо д’Артаньян и три мушкетера. Только очень уж осовремененные, ну и в то же время несколько состаренные. Только вместо взаимной поддержки они, похоже, устроили гонки на выживание. Причем последний мушкетер, с которым я пока не имела удовольствия побеседовать, то есть, конечно же, Анатолий Викентьев, завтра будет очень занят. Стало быть, удовольствие, а заодно и расследование придется отложить минимум на одни сутки. И кто знает, что за это время успеет наплести обо мне наиболее активный из мушкетеров, вездесущий, как выразилась вдова Аверченкова, Эдуард Солодилов.

От невеселых раздумий на тему творчества Александра Дюма меня оторвал завибрировавший смартфон. Я с изумлением обнаружила, что со мной жаждет пообщаться следователь Первайкин.

— Здравствуйте, Дмитрий Вячеславович, — отозвалась я. — Рада вас слышать.

Сохраняя спокойный тон, я буквально сгорала от нетерпения. Что же могло заставить столь занятого и педантичного сотрудника правоохранительных органов вспомнить о деле, которое готовится к сдаче в архив. В том, что звонок Первайкина связан именно с моим расследованием, я ничуть не сомневалась. Да и какая иная причина могла заставить Дмитрия Вячеславовича вспомнить о моей скромной персоне. Соображения личного характера я отмела еще на подступах.

— Я в некотором роде ввел вас в заблуждение, Татьяна Александровна, — озадачил меня следователь. — Звоню, чтобы исправить свою оплошность.

Вот так поворот!

— Вы о деле Белорецкого? — уточнила я.

— Именно! — с энтузиазмом отозвался следователь. — Появились новые подробности, но лучше мы их обсудим в управлении. Когда вы сможете подъехать?

— Могу прямо сейчас, — заявила я, мысленно прикинув, что на дорогу уйдет максимум минут двадцать.

— Отлично! — Судя по голосу, Первайкин и впрямь был очень доволен. — Жду вас в своем кабинете.

— Итак, сразу к делу, Татьяна Александровна, — заявил следователь, едва я переступила порог его кабинета.

Сейчас Первайкин вел себя как человек, который стремится поскорее устранить внезапно возникшую досадную помеху, чтобы вернуться к привычному рабочему ритму.

— Как я успел вам сообщить, в деле Белорецкого открылись новые обстоятельства, которые отменяют предыдущие.

— Вы меня окончательно запутали, Дмитрий Вячеславович, — искренне посетовала я, недоумевая, что же это за таинственные обстоятельства, взаимно отменяющие друг друга.

— Да, вы правы. — Первайкин смущенно улыбнулся. — Я действительно выразился несколько некорректно. Все дело в том, Татьяна Александровна, что Артемий Витальевич Белорецкий все-таки составил новое завещание незадолго до смерти. А каждое последующее завещание отменяет предыдущее. Вот, собственно, что я собирался пояснить.