Книга Карьера требует жертв, страница 36 – Марина Серова

Я беру паузу подумать. Потом разбираю пистолет и откладываю подальше. Обращаюсь к Олегу и спрашиваю:

— Ты что думаешь?

— Я?!? – Парень явно не ожидал, что его спросят.

— Ты, кто же еще? Ты – третья сторона, слышал весь наш разговор, смотрел на нас как незаинтересованное лицо. Скажи мне, не накинется ли на меня Кристина сразу после того, как я развяжу ее?

Глеб тоже взял паузу. Пристально посмотрел на Кристину, потом перевел взгляд на меня и уверенно произнес:

— Не накинется.

— Что ж, «милый», будем надеяться, что ты прав.

Из ящика стола я достаю канцелярский нож и разрезаю слои скотча, которыми привязала Кристину к стулу. Она не дергается и ничего не говорит.

Когда последний кусок скотча падает на пол, Ольхова встает и произносит:

— Все тело затекло, и голова ужасно раскалывается. Угораздило же напиться и потом отхватить от Жени Охотниковой.

— А ты пьяная за руль не садись, глядишь, в следующий раз не отхватишь, – шуточно добавляю я, после чего протягиваю Кристине руку.

Она смотрит на нее и, немного поколебавшись, пожимает. Затем обращается к Олегу:

— Можно мне мой телефон? Если я не перезвоню в ближайшее время, то сюда нагрянут очень неприятные люди.

Олег смотрит на меня, я одобрительно киваю. Он отдает Кристине телефон, и она сразу же набирает номер.

Мы ждем. Гудок, еще гудок, наконец на той стороне берут трубку, и девушка начинает разговор:

— Да, босс, простите, я… – кто-то явно недоволен тем, что его контакт не взял трубку, – просто я была в душе… Я не пила, честно. Да нет, я… Хорошо. Поняла, больше не повторится, телефон буду брать с собой в душ. Что? Завтра? Хорошо, буду в восемь. Да, до связи, – Кристина кладет трубку.

— Что, чуть не огребла? – спрашиваю я. – И кто же твой наниматель?

— Я очень надеюсь, что не совершаю ошибку. Я слежу за Глебом по приказу его отца Александра Василевского. Он жив.

Откровенно шокированная таким поворотом событий, я нажимаю на диктофоне кнопку «стоп».

— Значит, он инсценировал свою смерть? – Олег задает Кристине этот вопрос, явно довольный тем, что его догадка подтвердилась.

— Получается, что так, – отвечает девушка. – Я не знаю всех деталей, но…

— Ты можешь говорить открыто, мы договорились доверять друг другу, – в разговор вмешиваюсь я. – Поверь мне, Глеб Василевский – хороший человек. Зачем его отцу следить за ним?

— Женя, я расскажу тебе все, что знаю. Во-первых, потому, что хочу тебе верить. А во-вторых, потому, что работа на Александра все больше кажется мне неправильным решением. В общем, после Ворошиловки я осталась у разбитого корыта. Я окончила этот чертов вуз с горем пополам, и если тебя и других крутых девочек куда-то принимали, то мне работа в силовых структурах не светила. Отец понял, что его старания были напрасны, и окончательно отвернулся от меня. Все это время я только и делала, что пыталась стать той, кем он хотел меня видеть. Я тренировалась до изнеможения, перебивалась случайными заработками, а потом снова тренировалась. В конце концов я стала настоящим «специалистом широкого профиля», но за стенами Ворошиловки. Я стала тобой, Женя.

Я позвонила отцу, чтобы рассказать, чего достигла. «Папа, это я – Кристина. Я стала той дочерью, которой ты можешь гордиться». После паузы в несколько секунд он ответил: «У меня больше нет дочери». И повесил трубку. Я много и беспробудно пила, пока однажды, в один из коротких моментов протрезвления, не увидела объявление на столбе – «требуются специалисты широкого профиля». Черт возьми, я была уверена, что это – оно. Я знала, что автору объявления нужен человек вроде нас с тобой, Женя. Это объявление должно было привлечь внимание только спеца, потому как на нем не было номера телефона или адреса, по которому обращаться. Только надпись.