Книга Карьера требует жертв, страница 63 – Марина Серова

— Говоришь, как хреновый поэт, – ехидно заметила Кристина.

— По-другому это и не назвать, официальное заключение психиатра – диссоциативное расстройство идентичности или расстройство множественной личности. Ушло много денег, чтобы скрыть этот диагноз от общественности, иначе Александра признали бы невменяемым и его бизнесу пришел бы конец. Уверен, его вторая личность давно спланировала инсценировку собственной смерти. Он не позволял, чтобы я подпускал его к Глебу, когда его захватывала темная сторона. Именно поэтому парень помнит отца как любящего и заботливого человека. Скорее всего темная сторона всегда ненавидела Глеба.

— Клянусь, если ты еще раз скажешь «темная сторона», я тебе вмажу, папочка, – отпустила острое замечание Кристина. – Я теперь на мушке у твоего бывшего работодателя. Почему меня окружают одни психи?

— Мне срочно нужно поговорить с Валентиной, – сказал Прусс.

— Так, Василий Михайлович, со своей зазнобой перекинетесь парой слов позже. Сейчас нам нужно придумать, как остановить Александра Василевского.

— Я так понимаю, простой звонок в полицию, где Кристина сообщит о местонахождении психа, – не вариант? – Олег, как всегда, предлагает простейший из вариантов, который в подобных случаях, к сожалению, оказывается недейственным.

Кристина объясняет, почему ничего не выйдет:

— Я не знаю, где находится дом Сан Саныча. Когда я ездила к нему за очередным поручением, то доезжала до определенного места за Тарасовом, а потом меня встречали люди Василевского, надевали на голову мешок и везли в неизвестном направлении. Звонил он всегда с засекреченного номера, так что отследить его по номеру – тоже не вариант.

— Где была твоя остановка и сколько занимал путь от нее до дома Саши? – спросил Прусс.

— Поселок городского типа Калиновка, потом мы ехали примерно минут сорок.

— Попытаюсь проанализировать местность на карте вокруг Калиновки и прикину, до каких мест путь занимает сорок-пятьдесят минут.

— Это уже что-то, – отвечаю я.

Я ловлю себя на мысли, что мы стали одной большой командой, и даже довольна, что Прусс не хочет убивать Глеба.

— А сейчас я предлагаю всем отправляться по домам. Точнее, езжайте в особняк – Василий Михайлович позаботится, чтобы охрана вас пустила и предоставила комнаты. Попытайтесь отдохнуть. А мы с Василием Михайловичем, как настоящие телохранители, останемся рядом со своим клиентом, – Прусс посмотрел на меня и одобрительно кивнул, после чего Олег, Кирилл и Кристина разошлись, а мы поднялись к реанимационной палате, где Василий отпустил троих ребят и велел возвращаться в особняк, так как туда едут гости. Да уж, вечер выдался насыщенным.

Мы с Пруссом сидим рядом и молчим. Вскоре он поднимается, достает из внутреннего кармана деньги и делает кофе в ближайшем аппарате. Один из стаканчиков Василий протягивает мне.

— Спасибо. Должна сказать, я рада, что вы – не один из желающих убить Глеба. Кто бы мог подумать, что этим желающим окажется его родной отец.

— Я точно не мог этого подумать. Понимаете, я знал Сашу и любил его даже тогда, когда ему поставили тот страшный диагноз. Когда он поехал на встречу, завершившуюся аварией, я даже не знал этого.

— В смысле? Глеб рассказал мне, что Александр настоял на том, чтобы поехать самому. То есть вы даже не знали, что он отправляется в путь?