Книга О чем молчит диктофон, страница 40 – Марина Серова

— Вам что-нибудь заказать? – галантно осведомился Ничков, усаживаясь напротив. – Я, с вашего позволения, ограничусь кофе, поскольку недавно завтракал.

— Какое совпадение! – Я принужденно улыбнулась, невесть почему почувствовав неловкость. – Я тоже только что позавтракала, поэтому последую вашему примеру.

Ничков заказал два эспрессо и вопросительно уставился мне прямо в глаза. Взгляд его светло-карих глаз был не то чтобы тяжелый, но какой-то цепкий и недоверчивый. Мои женские чары были ему явно до лампочки, к тому же я перед нашей встречей и не прилагала особых усилий, дабы выглядеть обворожительной кокеткой. Да и не было особого желания кого-либо очаровывать, должно быть, сказывалось напряжение последних дней.

— Буду откровенен, вы меня заинтриговали, – заявил Ничков. – Вас что же, наняли расследовать обстоятельства его смерти?

— Не совсем так, – уклончиво возразила я. – Мой клиент в определенной степени связан с деятельностью убитого, и теперь мне нужна информация.

— Какого рода? – Ничков откинулся на спинку стула и посмотрел на меня, слегка прищурившись. – Значит, убили этого горемыку, – продолжал он без перехода, прежде чем я успела ответить на поставленный вопрос. – А ведь должен был понимать…

— Понимать что? – уточнила я, насторожившись.

Тонкие губы Ничкова изогнулись в ироничной усмешке.

— Вы говорите, он и вашего клиента взял в оборот. – Ничего подобного я не говорила, но возражать не стала. А Ничков между тем продолжал: – Этот, как бы помягче выразиться… – Видимо, не найдя выражения «помягче», Ничков перешел к сути дела: – В общем, он вообразил себя этаким вершителем судеб. Был уверен, что ведет умнейшую двойную игру и держит чужие жизни в кулаке. И ведь не понимал, что это совсем другая игра, в которой его неизбежно обыграют.

Я силилась понять, что означает весь этот поток метафор, но совершенно в этом не преуспела. Конечно, Ничков без труда понял это по выражению моего лица, поскольку вновь усмехнулся.

— Ладно, поступим так. – Он завершающим жестом опустил ладонь на стол. – Вы мне рассказываете об обстоятельствах смерти капитана Скрынникова, а я, так уж и быть, посвящу вас в тайны мадридского двора. Частично.

Я подробно пересказала, как обнаружила не успевшее остыть тело Скрынникова в пустом кафе на Соколовой горе. Ничков внимательно слушал, сцепив руки в замок. Я невольно обратила внимание на часы, которые он носил с этакой небрежностью. Их стоимость явно исчислялась семизначной суммой, сущая безделица, что и говорить. Я вновь припомнила свои логические построения о предполагаемом знакомстве мужа Виктории и владельцев «РигТарса», де-факто и де-юре. В принципе, они вполне могли быть знакомы, могли даже приятельствовать. Но вот возможны ли между ними трения имущественного характера, я сомневалась. Слишком уж разные весовые категории.

— Значит, доигрался, – задумчиво повторил Ничков, когда я закончила свое недолгое повествование. Он проницательно взглянул на меня. – И теперь вы, надо полагать, подозреваете меня в причастности к устранению этого бесценного сотрудника правоохранительных органов?

Суть дела он уловил моментально, что неудивительно. Соучредитель серьезного бизнеса идиотом быть не может по определению. Я дипломатично промолчала.