Книга Мистика — сестра криминалистики, страница 74 – Марина Серова

Сигарета была выкурена, и мне ничего не оставалось, как пойти в гостиную. Там уже все сидели за столом, и Зина разливала первое большим половником. Отец Дионисий встал и прочел молитву, после чего все принялись за еду. В гостиной было тихо, только позвякивали ложки да кто-нибудь время от времени просил передать кусок хлеба.

Отец Дионисий как духовный пастырь решил исправить положение и заговорил о вещах нематериальных. Сначала он воздал должное покойной, потом объяснил, что сейчас делает ее душа, после чего заговорил о привидениях. Такого поворота событий нужно было ожидать, но Анна Андреевна постаралась перевести разговор на другую тему.

— Отец Дионисий, вам не скучно в этой маленькой часовенке на кладбище? — задала она невинный, казалось бы, вопрос.

Однако отец Дионисий отреагировал очень болезненно. Видимо, Маслова наступила ему на больную мозоль.

— Я служил в кафедральном соборе, но настоятель решил, что на кладбище я нужнее, — сообщил он тоном, исключающим дальнейшие расспросы.

— Какая жалость! — продолжала Анна Андреевна, словно бы не замечая его болезненной реакции. — Значит, теперь вы лишены возможности служить литургию? Или я ошибаюсь?

Она подняла на священника глаза, ожидая ответа, но тот набычился и уткнулся в тарелку. Возникла неудобная пауза, и тут Владик не то нечаянно, не то нарочно опрокинул на себя бутылку со «Спрайтом», который ему полагался по молодости лет вместо вина.

— Мама! — позвал он, показывая на мокрый стол и остатки напитка в бутылке.

— Зина, иди помоги нашему умнику! — крикнула Анна Андреевна.

Зина прибежала с полотенцем и быстро ликвидировала последствия аварии.

— Неси второе, — распорядилась хозяйка, видя, что гости заскучали над пустыми тарелками.

Зина быстро унесла грязную посуду на кухню, после чего вернулась с подносом, на котором стояли тарелки с картофельным пюре и кусочками гуляша.

Отец Дионисий посмотрел на свою порцию и покачал головой, затем нерешительно потыкал вилкой в кушанье, словно не зная, есть ему это или нет.

— Что-то не так? — поинтересовалась Маслова.

— Успенский пост нынче, матушка Анна Андреевна, — сокрушенно ответил поп. — Мирянам возможны послабления в пост, а нам, клирикам, скоромное вкушать никак не положено.

— Ну сделайте исключение, батюшка, уж не обижайте нас! — попросила Анна Андреевна. — Ради мамы моей, Маргариты Алексеевны, — и она умоляюще посмотрела на священника.

Поп вздохнул, перекрестил тарелку и пробормотал что-то вроде «Порося, порося, превращайся в карася», после чего взял вилку и стал есть с завидным аппетитом. Маслова улыбнулась, но быстренько спрятала улыбку в салфетку, чтобы священнослужитель ничего не заметил.

Я вознамерилась поговорить с Романом Андреевичем, но тот, как назло, увлекся разговором с Сергеем о рыбалке. Мужчины подвинули к себе ближе бутылку коньяку и наперебой рассказывали рыбацкие байки, показывая руками, какого размера рыбин им приходилось ловить на удочку. Я немного послушала их болтовню и переключила внимание на певчую, про которую, казалось, все забыли. Девица в черном платочке аккуратно ела, изредка бросая взгляды на отца Дионисия, который уже заканчивал трапезу. Наконец он выпил предложенный компот и встал, оглядев присутствующих.

— Я пойду, матушка, — обратился он к Анне Андреевне. — Служба ждет.