Книга Месть в смирительной рубашке, страница 82 – Марина Серова

Вечер прошел довольно скучно и обыденно. Я уже привыкла к распорядку своей работы – пациенты отправляются на ужин, я драю туалет и палаты, больные возвращаются – я спускаюсь в столовую… К слову сказать, мне даже не пришлось придумывать способ избежать приема пищи. На ужин подавали макароны, никто их не ел, поэтому я отставила свою тарелку. Людмила Геннадьевна посочувствовала мне, но ничего не сказала, она и сама предпочла есть то, что принесла из дома в контейнере. От ее предложения угостить меня котлетой я на всякий случай отказалась, наврала, что у меня есть бутерброды и именно ими я и собираюсь поужинать.

Вечером никого из больных не рвало, меня в отделение не вызывали. Я проводила время в своей каморке и с нетерпением ждала отбоя.

Больные ложились спать в девять вечера, медсестра должна была дежурить всю ночь, но я надеялась, что рано или поздно Алевтина Федоровна все-таки заснет. Сама я спать совершенно не хотела, но на всякий случай налила в столовой горячей воды в чашку и заварила себе крепкий кофе. После ужина столовую закрывали, работницы уходили домой, а утром приходили снова на смену. Поэтому я воспользовалась моментом и сделала кофе, после чего о бодрящем напитке можно было и не мечтать, ключа от столовой у меня не было.

Время тянулось очень медленно, раньше часа ночи выходить на дело не было смысла. Поэтому я убивала часы, придумывая самые фантастические теории по поводу Разанова и размышляя над вопросом, кто мог убить Марию Лисихину?

Преступник знал обо мне очень много – в частности, ему было известно, где я совершила первое в своей жизни убийство.

Я помню это дело – на задание отправили меня, тогда я еще не работала телохранителем, а была боевиком экстра-класса. В правоохранительных органах я не работала, выполняла секретные задания в разных точках мира. Тогда, во время поимки Дмитрия Гордеева, судьба занесла меня в Тарасов. Гордеев был лидером преступной группировки и держал в страхе добрую часть страны, так как его сообщники орудовали в разных городах и специализировались на заказных убийствах, не гнушаясь, впрочем, грабежами и наркоторговлей. Дмитрий Гордеев был словно заколдован, из всех переделок он выбирался живым и невредимым, поймать его было невозможно. Поэтому к делу подключили меня, потому что я была профессионалом с великолепной боевой подготовкой, лучшей из лучших.

Я гонялась за Гордеевым долго, но мне отчаянно не удавалось выйти на его след. Когда я окончательно разуверилась в своих силах, Гордеев допустил ошибку, стоившую ему впоследствии жизни. У меня не было другого выбора – пришлось убить его, потому что иначе он убил бы меня, и вряд ли мои останки когда-нибудь удалось бы найти в топях болот. Никто не знал, куда я направляюсь, я не сообщила об этом ни одной живой душе, так как боялась спугнуть добычу. Тогда я еще никого не убивала… Что говорить, это было мое боевое крещение, после которого я никогда бы не смогла вести мирную жизнь. С того дня я поняла, что назад дороги нет.

Но кто мог знать об обстоятельствах того дела? Не спорю, в то время Дмитрий Гордеев был личностью известной, о его смерти писали в газетах, у меня брали интервью. Но я не могла понять, почему преступник мне напомнил о смерти Гордеева. Более того – тело Лисихиной было найдено там, где я убила Дмитрия Гордеева. Что хотел этим сказать преступник? В то, что Гордеев выжил, я не верила – он мертв, я своими руками застрелила его! После такого ранения никто бы не остался в живых, не мог же он воскреснуть! Или каким-то образом опасный убийца и бандит все-таки выкарабкался, не умер в болотах? Нет, в такое я не могла поверить. Так кто же все-таки этот таинственный преступник, похитивший тетю Милу и Марию Лисихину?..