Книга Криминальный оракул, страница 71 – Марина Серова

— И много у вас там таких… кастрированных? – не удержалась я.

— Достаточно, – отбрила Макова. – Не жалуются, знаете. Очень полезно, когда никто не может ничего тебе внушить или вытянуть под гипнозом. Как делали у вас в «Сигме». Давайте, идите возьмите себе еще поесть, я ж вижу, что хотите. А потом я рассказывать буду.

— А вы уполномочены меня просветить? – спохватилась я. – Мне потом не будет ничего за то, что я от вас узнаю?

— Ничего, – хмыкнула Макова. – Я вам наоборот – одолжение делаю. Знакомлю с раскладом.

Я взяла чизкейк и еще кофе. Мобильник разразился звонком, едва я у стойки заказа протянула руки к подносу.

Соколов.

Я нажала на отбой, потом перевела телефон в беззвучный режим.

Нет. Нет, нет и нет. Сейчас я недоступна. Нечего меня дергать, мы все разъяснили. Я вышла из игры. Не сейчас. Вообще никогда.

Телефон сотрясал карман моей куртки все время, пока я шла с подносом к нашему столику.

— Кто это вас так хочет? – развеселилась Макова, тем не менее намекающе постукивая пальцем по циферблату часов. Время, мол.

— Соколов.

— Ответьте, не нервируйте его тонкую музыкальную натуру.

Сами ответьте, мысленно огрызнулась я; разумеется, и не собираясь давать в руки спецагента свой телефон.

Руслан, до сей поры будто бы немного задремавший на мягком диване, заинтересованно поднял голову. В его глазенках мелькнуло беспокойство, он придвинулся плотнее к Антонине Владиславовне.

— Охотникова слу…

— Это Соколов! – Он говорил быстро и нервно. – Где Руслан?!

— Простите? – устало удивилась я. – Артур Лаврентьевич, я не поняла. Что-то слу…

— Да! – перебил он. – Руслан пропал!

Я краем глаза отметила, как Руслан прижал указательный пальчик к губам.

— Это не ко мне вопрос, – все так же устало ответила я. – Когда я уходила, они с Василисой были на месте. Под капельницами.

— Но он пропал, когда вы ушли!

Ничего не осталось от его душной многословной церемонности: этот Соколов был взвинчен и метался, не зная, что предпринять.

— Там же оставались еще двое охранников, – я не стала называть при Маковой имена Коновалова и Загребец. Хотя, возможно, она уже знала, кто еще сторожил Василису. – Они не присмотрели?

— Я говорил! Говорил, чтобы вы остались! – теперь он рычал на меня, тщетно пытаясь сбросить напряжение. – Вы можете сопротивляться, а они…

Он почти кричал, так что Макова слышала все и без громкой связи. Слышала, слушала и улыбалась.

Мой собеседник перевел дух.

— Я сам виноват, – тихо заключил он. – Надо было настоять, уговорить вас остаться.

Я заподозрила, что только что отгремевший взрыв эмоций был не более чем спектаклем и попыткой подловить меня. Ну, на таком меня не подловишь, извиняй.

И – уговаривай не уговаривай, бесполезно. Если я решила отказаться от задания – откажусь.

— Василису благодарите, – возразила я. – Если бы не она…

— Она под капельницей до сих пор! – отмахнулся Артур Лаврентьевич. – Не может ничего и Руслана не отследит.

Он меня явно не услышал. И тем самым напомнил мне не тратить силы на бессмысленные разговоры.

Такие, как вот этот.

— Конечно, – все-таки не удержалась я, – ей же не из кого энергии накачать.

Руслан молча показал мне большой палец. Его одобрение и солидарность оставили меня равнодушной.

Иначе бы я воздержалась от последнего замечания. Поучать клиентов – дело тоже бессмысленное и неблагодарное. Тем более сейчас, когда все случилось, и нужно не задним умом думать, а разгребать последствия.