Книга Криминальный оракул, страница 73 – Марина Серова

— Дайте угадаю, и вы держали ее где-нибудь в изоляции, давали все что попросит, но с поводка не спускали? – саркастически поинтересовалась я.

— Не совсем. – Мое замечание ожидаемо ничуть не покоробило Макову. – Мы выпускали ее погулять… под присмотром. Мы свои кадры бережем, особенно ценные. И Руслан у нас не скучал, правда, Руслан?

Мальчик накуксился и с прежней угрюмостью возразил:

— Только не когда надо было на процедуры ходить к тете Васе.

Ну да, подумала я, бережете вы кадры. Пока они вам нужны. Плавали, знаем, небось у вас там от бесполезного избавляются быстрее, чем в «Сигме».

— Зато сейчас никто тебя на процедуры не поведет, – успокоила Макова. – Никто тебя не обидит.

— Давайте дальше. – Я допила кофе и громко поставила чашку на блюдце.

— Все поменялось, когда мы первый раз поймали Соколова. К нашему удивлению, допрос с внушением не дал результатов. Более того, Соколов оказался способен поддерживать телепатическую связь с Василисой. И в результате уговорил ее взбунтоваться. Они забрали Руслана и сбежали.

— Телепатически уговорил, что ли? – скептически поморщилась я.

— Да, – кисло подтвердила Антонина Владиславовна. Видимо, воспоминания о том побеге задевали ее профессиональную гордость. – Поэтому мы и не засекли. Им даже стены не особенно мешали общаться.

— Очень много сил ушло, – грустно пожаловался Руслан.

— Да, мы стали что-то подозревать, когда я заметила, что мальчик усталый постоянно, а не только после экспериментов. Но, к сожалению, было поздно.

Мне представилось что-то в стиле «Воспламеняющей взглядом» или «Кэрри» Стивена Кинга. Огороженная территория военной базы, Василиса, мечущая огненные шары или разрушающая все одной только силой мысли…

— И в итоге?

— А что – в итоге? – усмехнулась Макова. – Не вижу, чтобы что-то особенно поменялось. Артур пользует Василисин дар – пришел на готовенькое, после наших-то усилий! – на всю катушку. Василиса пользует Руслана. И сама по-прежнему словно зверушка на привязи. Что?

Мысль в моем мозгу оформилась окончательно. И я, озаренная, подалась вперед, нагибаясь.

— Мне кажется, она отчаялась. Ну, Василиса, – поделилась я. – Она не хотела заходить в аэропорт, стала тяжеленная. Мы с напарником едва затащили ее внутрь. Она не хотела… продолжать все это. Как мне кажется.

— Ого-го-го-о! – Мое откровение доставило Маковой очевидное удовольствие. – А что, представляю. Быть вещей птичкой в клетке мне бы тоже не понравилось.

Я не стала указывать Маковой, что именно спецы службы, на которую она работает, смастерили из Василисы (а кем же она была раньше? Кем работала?) такую вещую птичку. Госорганы и спецслужбы… Василису могли бы и на фарш провернуть, если бы это принесло «благо» государству.

Похоже, наш разговор подошел к концу. Наступал самый опасный момент ситуации.

Антонина Владиславовна встала и с нескрываемым удовольствием потянулась. Руслан, однако, с места не двинулся.

Или разговор еще не окончен?

— Руся, что-то еще будешь? Булочку с корицей будешь? – тоном доброй тетушки, какого не было у Василисы, спросила Макова.

— Ага.

Макова отошла к стойке.

Мы с Русланом как по команде уставились друг на друга.

Если то немногое, что рассказала Антонина Владиславовна, – правда, то у этого ребенка последние лет пять была та еще жизнь. Кусок детства под приглядом спецслужб, а затем музейного вора… бр-р, и впрямь похоже на роман Стивена Кинга.