Книга Сенсация на крови, страница 42 – Марина Серова

— Знаю, Лидия Ильинична, знаю. Сработаемся, чем сможем – поможем… – снова покивал Чижиков. – Оформляйте.

Все это время я стояла, как будто вышла к доске рассказывать стихотворение. Стоять надоело, и я, не дожидаясь приглашения, отодвинула ближайший стул и села, положив ногу на ногу.

— Благодарю вас, Евгения Максимовна, вы можете идти, – все так же благожелательно сообщил Чижиков. Настолько, что едва ли это являлось издевкой.

Позади меня кто-то из близнецов фыркнул. Я не сомневалась, что это Юрий.

С тем же солдатски-смиренным («могу копать, могу не копать…») выражением лица я пожала плечами.

— Вы вроде все ниче такие. Буду стараться, и ваще, – отозвалась я и поднялась, вернув стул на место. С мерзким скрежетом.

— Евгения, подождите меня в коридоре, будьте любезны, – строго сказала Лидия Ильинична.

— Агась, будет сделано, Ильинишна.

В коридоре я не стала садиться обратно на неудобный стул, а принялась опять ходить туда-сюда, тихо, но при этом слегка пританцовывая с наушником в одном ухе. Поддерживала впечатление о себе как о недалекой, но послушной чувихе в серьезном заведении.

Как по мне, представление удалось: коллеги Лидии Ильиничны, похоже, увидели во мне обузу, а не угрозу. Ну, помелькает какая-то девица неотесанная в коридорах… А что одета неофициально – так вот, один из телеведущих тоже. Тем не менее я сразу почуяла и то, что это люди совсем из другого теста, чем я. Трудно объяснить… у нас была разная высота полета, что ли. Не знаю. Но я такие вещи с ходу шестым чувством чувствую. И не заморачиваюсь.

Заседание закончилось: раздался шум отодвигаемых стульев, и голоса погромче стали.

Первыми в дверях появились близнецы: торопыга Юрий выскочил, Глеб чуть ли не выполз, на ходу копаясь в авоське. Его деловито оттеснила Снежанна, цокая каблуками.

— Я здесь, Лидия Ильинична, в коридорчике, если что, рядом! – прочирикала она. И уселась дожидаться на ближайшем стуле.

Пожалуй, если б могла, она бы его придвинула к двери, дабы и в коридоре быть как можно ближе к начальству. Лицо ее излучало готовность быть всячески полезной.

Я продолжала стоять, постукивая ногой в такт музыке… Которой не было, я лишь делала вид, что слушаю. И в этот момент Глеб подошел ко мне, протягивая вынутый из авоськи разноцветный длинный шнурок.

— Эт што? – Я даже не вытащила наушник.

— Я ощущаю в вас, Евгения, чистую энергию. От вас исходят хорошие эманации. Есть даже нечто от духа воительницы, – проникновенно и наконец-то оживленно сказал Глеб. – Это вам талисман. От сглаза, от энергетических вампиров. Повяжите на левое запястье, и удача пребудет с вами.

— Пасиб. – Я взяла шнурок. По виду обычная фенька из этнической лавки, но на «жучки» и прочее все-таки проверю.

Как ни странно, Юрий, очевидно готовый стремглав бежать по срочным, наиважнейшим делам, ждал Глеба. Забавно, что ж они, и шагу друг без друга не сделают?

Я перевела взгляд с Глеба на Юрия. Потом изобразила выражение лица а-ля «дошло наконец»:

— Слушьте, а че это у вас одинаковые фамилии… И похожи вы. Братья, да? Типа, двойняшки?

— Глеб! – раздраженно и властно окликнул Юрий.

— Да, двойняшки. – Глеб проигнорировал брата.

— И че, кто старший?

— Я, – с кроткой улыбкой ответил Глеб.

— Глеб, блин, нам идти пора!

— А на сколько? – Мне пришлось по вкусу злить нетерпеливого Юрия: тот уже чуть ли не подпрыгивал на месте. Но без брата не уходил.