Книга Рубиновое наследство, страница 82 – Марина Серова

— Ты хочешь менее чем за двое суток научиться тому, чему меня дрессировали годами. Да вас даже секьюрити в зал не пустят, когда увидят, как широко вы улыбаетесь.

— И я тоже в тебя верю, дорогая. Давай так. Если нас раскроют, я договорюсь, чтобы твои побрякушки вернули все до последней из материалов дела. Кроме рубинов Максимовых, конечно.

— Лучше заговори зубы судьям на минимальное наказание. А в идеале на закрытие дела.

— Правда такого плохого мнения о моих принципах?

— Я должна была попытаться. – Мое лицо посветлело впервые за много дней. – Даже если вы провалитесь, я хотя бы смогу хорошо посмеяться.

ЖЕНЯ

— Вы точно уверены, что это хорошая идея? Потому что я в совершенном ужасе.

— Дима, солнышко, мы все продумали. Тебе вообще не стоит об этом беспокоиться. – Маринина спальня превратилась в полноценную гримерку. Благодаря способностям девушки на меня из зеркала смотрел совершенно другой человек. Женщина лет на десять старше, с «тяжелым», квадратным лицом и узким носом. Марина, в свою очередь, превратилась в стереотипную модель с обложки: с пухлыми губами, глянцевой кожей и длинными, густыми ресницами. Дима продолжал настаивать, что меня все равно узнают после попытки скрутить их главного начальника. Но, во‐первых, еще более радикальные изменения смотрелись бы странно при ближайшем рассмотрении, а во‐вторых, Марсель все равно вряд ли появится на ближайшей выставке. Он не дурак и умеет просчитывать риски.

Лизавета, в свою очередь, была в восторге от нашей идеи, успев за ночь провести нам краткий курс молодой актрисы. Самым сложным оказалось подделать приглашения по фотографиям оригиналов, чьи макеты я заполучила среди прочих документов. Со слов Лизы, их дизайн специально меняют для каждой встречи, чтобы гости лишний раз могли почувствовать внимание к своим персонам. И чтобы таким чужакам, как мы, никто заранее не показал оригинальные копии. Бедный Дима несколько часов потратил, чтобы точно скопировать почерк, а нам ведь были нужны только подписи. Зато Марина нашла новый повод засмущать бедолагу, ведь у него «интересные таланты для человека его профессии». Он только пробубнил что-то про помощь в детстве маме с проверкой домашних заданий.

— Все, заканчиваем развлекаться. Два часа до мероприятия осталось. Лизавета, ты уверена, что эту одежду никто не вспомнит из гостей? – На мне был строгий брючный костюм цвета лесного мха. Слишком узкий для комфортного сражения, но все же лучше, чем платье в пол, которое зачем-то выбрала Марина. Я пыталась ее убедить, что в случае опасности она даже не сможет в нем убежать дальше одного коридора, но разве ее переубедишь? По упрямству мы были копиями друг друга.

— Откуда мне знать? Там все стараются не повторяться, поэтому только если кто-то узнает мой стиль.

— Узнает роскошь «старой школы» богатых среди таких же роскошных и богатых. Опасность ужасно высока. – Марина кивнула, состроив самое серьезное выражение лица из возможных. – Да не дуйся ты, я шучу. Ты действительно не следуешь слепо названиям брендов на бирках, как многие люди из подобного окружения. Но я всерьез не верю, что кто-то обращает внимание на тряпки других людей во время таких мероприятий.

Когда мы прибыли на место, первые гости уже занимали свои места в баре. Пока что не больше десяти человек, и это меня не на шутку настораживало. Слишком много внимания к каждому из посетителей, но Лизавета заранее успокоила нас, что обычно высылают не менее сорока приглашений, игнорировать которые себе же во вред. Охрана так пристально рассматривала наши приглашения, что эта информация была слабым утешением, скорее даже наоборот. Я не узнала ни одного из них. Полагаю, трех мужчин, упустивших одну девушку, их начальство больше не считало достаточно компетентными для своих должностей.