Книга Тур в никуда, страница 64 – Марина Серова

Больше не медля ни секунды, я открыла дверцу, крепко схватила Алису за руку и вместе с ней выпрыгнула из джипа, а потом мы с ней понеслись по откосу вниз. Краем глаза я уловила какое-то движение и грохот: это кувыркался и подпрыгивал джип. Потом раздался взрыв, и вверх взметнулся столб огня. Но мы с Алисой были уже вне досягаемости.

А главное – гидроплан. Вот он, стоит у берега, покачиваясь на волнах. Просто невероятное стечение обстоятельств, что нам удалось вырваться живыми и невредимыми. Но это еще полдела, праздновать рано, вот когда доберусь до Кайо-Левантадо…

Конечно, управлять самолетом типа «Боинга» я бы не смогла. Но ведь гидроплан не «Боинг», управлюсь.

Я взобралась в кабину, помогла Алисе и, сев за штурвал, начала осваиваться. Поработав рычагами, я завела мотор. Сначала завертелся пропеллер, почти тут же трансформировавшись в туманный диск. Потом машина развернулась направо, и левый поплавок высвободился из песка. Я нацелила его нос в море и прибавила газу.

Гидроплан стал разбегаться, мотор работал как часы. Из-под постепенно задирающегося носа появились водяные брызги-веера.

Я стала работать рулями высоты, чтобы взлететь как можно быстрее, потому что совсем близко показались мои преследователи и один из них – а всего их было трое – прицелился в гидроплан из автомата.

Я еще прибавила газу, и машина наконец-то взлетела. Но сквозь гул мотора я услышала длинную автоматную очередь.

Гидроплан почти вертикально взмыл вверх – я задала максимальную скорость, чтобы уйти из-под обстрела.

Остров остался позади, и вскоре его совсем не стало видно. Я сбавила скорость и уменьшила высоту. Потом, посмотрев на компас, развернула машину и взяла курс на Кайо-Левантадо.

Полет продолжался в штатном режиме, надо мной было бескрайнее голубое небо, внизу – сверкающая морская гладь.

Кайо-Левантадо был совсем близко; я уже четко видела его очертания. И вдруг я услышала какой-то скрежет в моторе. Это был резкий и громкий звук. И тут же гидроплан ощутимо тряхнуло. Теперь двигатель непрерывно издавал скрежещущие звуки, к которым присоединились хруст и бряцанье. Кроме того, с перебоями стал работать винт: вот он провернулся, потом остановился, снова заработал и вновь замер.

Гидроплан то взмывал вверх, то вдруг проваливался. Вдруг слева из-под капота показалась коричневая полоса чего-то жидкого.

Что это могло быть? Машинное масло?

Самолет в очередной раз провалился. Ах, как это некстати!

Однако Кайо-Левантадо был уже совсем близко. Только бы удалось дотянуть до него! Но все посторонние звуки лишь только усилились. Тут и винт совсем остановился, и мотор заглох.

Под свистящий аккомпанемент рассекаемого корпусом воздуха гидроплан пошел вниз. Мне навстречу неслась голубая с зеленым оттенком водная гладь.

Наконец самолет достиг воды, взметнув целый каскад брызг. Потом они опали, и гидроплан окончательно затих.

Вообще, все стихло. Механизмы не издавали ни звука. Хорошо еще, что машина не воспламенилась, как этого можно было ожидать. Не было ни пламени, ни запаха гари.

Может быть, все еще обойдется?

Я открыла дверку кабины и, аккуратно взобравшись на поплавок, заглянула на капот.

Так и есть! Несколько пулевых дырок! Они все-таки достали меня с берега! Вот ведь… Какого, спрашивается, они стреляли? Что вообще за дела? Подливают в чай дурман, потом хватают, а когда похищенная сама себя вызволяет, то имеют наглость мешать ей при этом.