Книга Спрятаться не поможет, страница 78 – Марина Серова

— Раз сделаешь – значит, говори, – велела я. – Зачем холсты изрезала? Погоди… – я достала из-под кровати испорченный холст и ткнула его в нос Лене. – Твоя работа, да?

Лена отпрянула от холста, словно я ей только что сунула в нос ядовитую змею. На ее лице я прочла ужас.

— Что это?.. – только и смогла проговорить она.

— Это то, что осталось от холстов Киры, – спокойно пояснила я. – И я знаю, что это ты изрезала их! И записку оставила, у меня она тоже есть. Если я отдам ее на экспертизу, то обнаружат твои отпечатки пальцев. Отпираться бессмысленно.

— Да у меня и ножа с собой нет! – воскликнула девушка. – Я не резала холсты, они же денег стоят! Я, может, и лежала в клинике, но я не сумасшедшая! У меня депрессия и панические атаки, но я не психопатка и не шизофреник!

— Ладно, – спокойно проговорила я. – Предположим, я тебе верю. Только тебе придется сказать правду, где ты была после обеда. И кто может это подтвердить. Иначе я церемониться не буду – вызову полицию, пусть там с тобой разбираются.

Лена с минуту молчала, потом тихо сказала:

— Ладно, раз так, то вот правда. Я пришла к Волге вместе со всеми. Потом я поняла, что у меня начинается приступ. Паническая атака. Я боялась, что это увидит кто-нибудь из студентов, поэтому села около реки и стала выполнять дыхательные упражнения, которые сказала мне делать психиатр, чтобы на время отсрочить приступ. Мне стало немного легче, поэтому я сразу пошла в медпункт – когда мы приехали, я предупредила медсестру о своем заболевании, это необходимо делать, чтобы, если что, мне смогли помочь. Медсестра дала мне лекарство, сказала посидеть в медпункте, пока мне совсем не станет лучше. Она обещала, что не расскажет даже преподавателям о моей болезни, и я надеюсь, она сдержала свое обещание. Потом я пошла в беседку, как и говорила, и стала читать «Триумфальную арку». А потом отправилась на ужин вместе с остальными.

— Ты понимаешь, что я сейчас могу пойти в медпункт и спросить медсестру, правда ли то, что ты была у нее? – спросила я. Лена безразлично пожала плечами.

— Спрашивай, если хочешь, – сказала она. – Я не врала. Только, пожалуйста, не рассказывай ничего никому. Ты обещала.

Оставлять Киру наедине с Леной я, естественно, не стала. Я собиралась расспросить медсестру о Куйбышевой, но, если рассказ Лены подтвердится, у девушки есть алиби. Почему-то я не сомневалась в честности Куйбышевой, говорила она искренне. Но все же я намеревалась проверить слова Лены – мне нужны факты, а не мое субъективное мнение.

Таня вернулась в комнату поздно, когда Лена уже спала. По словам Тани, она была на дискотеке – вроде как ей там очень понравилось, о чем она с воодушевлением поведала мне, единственной бодрствующей соседке. Белокурая нимфа взахлеб рассказывала мне о парне со второго курса, которого она раньше не замечала, а он, оказывается, «прикольный». В конце концов Таня тоже уснула, я же легла на кровать и уставилась в потолок. Спать я не собиралась – мне предстояло всю ночь следить за тем, чтобы никто не совершил еще какое-либо злодеяние по отношению к моей клиентке.

Ночь прошла спокойно. Никто не ходил по коридору, все мои соседки по комнате спали не просыпаясь. К счастью, я могу не спать несколько суток подряд – мой организм привык к подобным нагрузкам, поэтому утром я не испытывала никакой сонливости. Уверена, что никому и в голову не могло прийти, что эту ночь я ни на минуту не сомкнула глаз.