Книга Фокус с поличным, страница 3 – Марина Серова

— На танке… боже мой, нет, вы видели… на танке, с таким лицом… как на кабриолете.

Н-да.

Кажется, к концу сеанса почти весь зал алкал крови Варданяна, злостно испортившего фильм своими комментариями.

А на мое саркастическое:

— Арцах, вы случаем не описались со смеху?

Он, ничуть не обидевшись, ответил с благодушной откровенностью:

— Нет, фильм был не настолько смешной. – И, утирая в последний раз глаза, с восторгом поблагодарил: – Евгения, это было просто замечательно. На что пойдем в следующий раз? На «Звездные войны»?

Справедливости ради, он после кино отвел меня в одну из недавно открывшихся кондитерских, где успел примелькаться и заиметь блат. И добрых полчаса обсуждал фильм, уточняя у меня – насколько выполним в реальности тот или иной трюк Бонда. И неподдельно восхитился, узнав, что мне самой довелось совершить прыжок с тросом с высотного сооружения – как Бонду в самом начале фильма.

О том, что мне приходилось и в здание проникать через вентиляционную шахту, ведущую в туалет, я умолчала. Мало ли, Арцах Суренович на сей раз не удержал бы штаны при себе сухими.

— Знаете, Евгения, это про вас бы фильм снять. Ставлю мой годовой оклад со всеми премиальными – мистера Бонда вы уделаете одной левой!

— Рукой или ногой? – невозмутимо уточнила я, все-таки наслаждаясь его мальчишеским восторгом.

Под конец свидания Арцах с совершенно серьезным видом, выражаясь старомодно, испросил моего дозволения и поцеловал мне руку, еще раз поблагодарив за чудесный вечер.

— А что тогда с ним, Жень? – Мила вернула меня из позавчерашнего вечера в сегодняшний день.

Я моргнула и сфокусировала взгляд на очередном яблоке в руках. Надо же, дочистила и не заметила.

— Забыл повзрослеть, – ляпнула я первое, что пришло в голову, и одним сильным движением разрезала яблоко напополам.

И тут же поняла, что это правда.

— Из детства не вышел. Или детства не было, – авторитетно заявила Людмила своим «учительским» тоном. – С мужчинами такое часто бывает, вырасти вырастают, а мотивы и поведение остаются подростковые. Наверное, единственный ребенок в семье?

— Да, – с удивлением подтвердила я.

Я тетушке про своих потенциальных партнеров особо не рассказываю. А она и не беспокоится особо. Знает, что я кого попало к себе не подпущу.

— Варданян… – задумчиво протянула она, забирая у меня половинки свежепочищенного яблока. – Его бабушку случайно не Гаруник Арамовна зовут?

— Откуда ты знаешь? – удивилась я.

Все-таки Тарасов, пусть и провинциальный, но не самый маленький город. Так что порой осведомленность Милы меня поражала, а то и ставила в тупик.

— Так она же работает до сих пор бухгалтером в центральном отделении полиции. Заслуженная работница, еще с советских времен. Даже во время перестройки удержалась.

Я не стала дополнять образ означенной «заслуженной работницы» деталями о криминальном прошлом этой почтенной дамы. В советское время Гаруник Арамовна возглавляла группу тарасовских контрабандистов, специализируясь на всевозможных дефицитных товарах. Не влезая в такую криминальщину, как наркотики и оружие, любимая бабуля Арцаха начала с фруктов и овощей. Внук ее, без подробностей поделившись со мной этой семейной историей, только пожал плечами:

— А что ж вы хотите, Евгения? Она осталась в чужом городе, без мужа, с маленьким сыном на руках… Зарплата бухгалтерская копеечная, на местной швейной фабрике. Тут хочешь не хочешь, а завертишься.