Книга Фокус с поличным, страница 90 – Марина Серова

В прошлый раз я на это не обратила внимания, но если она же – автор статьи об ограблении банка и ежели это не совпадение… Курьезно и грустно: папаша грабитель, а дочурка ваяет обличающие статьи. Зуб даю, Аглая Семеновна в свое время рассказала дочерям про подвиги отца. По досье и по рассказам Кочанова-Кочетова у меня сложилось впечатление, что Жукова – женщина тихая, но прямая и бесхитростная. Из тех, что врать не умеют и не желают, и чужого не возьмут.

Но тут, разумеется, следовало сделать поправку на время и возраст. Хотя по Майе Ринатовне у меня было впечатление, что возраст ее не очень-то изменил.

Оставалось надеяться, что вдова грабителя не встретит меня так же горячо, как госпожа парикмахер.

Ехать к Жуковой нужно было на другой конец Тарасова, в восточную его часть. Там еще с советских времен у многих тарасовчан были дачи, да и в черте города попадались частные дома. Некоторые жители держали во дворах домашнюю птицу или кроликов, но тем дело и ограничивалось. Совсем не то что Запокровское или Екатерининск – там-то в оба гляди, чтоб не сбить на дороге козу или овцу.

Аглая Семеновна Жукова обитала в таком частном доме. Совсем небольшой, но в два этажа, с пристройками, с гаражом и обширным двором. И забор приличный, ухоженный, как и все остальное.

Когда я подошла к забору, до меня донеслась музыка. Не то хард-рок, не то метал, не то еще какое средство для вызова головной боли. Кажется, из гаража – вон, по теплой погоде ворота распахнуты.

Из гаража доносились и живые голоса, два: мужской и женский. Что-то орали друг другу, перекрывая музыку. Слов не разобрать, но, кажется, не ругались.

Я нажала на звонок на калитке. Резкий, пронзительный, аж зубы заныли.

Никакой реакции. Ор голосов и музыки продолжался.

Я выждала несколько минут, разглядывая пышные клумбы возле входа в дом. Потом нажала на звонок еще раз и держала его целую минуту.

Ноль реакции. И я сильно сомневалась, что доорусь до находящихся в гараже.

На пробу толкнула дверцу – не заперто. Конечно, эти пыточные звуки тяжеляка хоть кого на расстоянии удержат.

Тем не менее надо было дать знать жильцам о моем визите. Морщась от вонзающихся в уши звуков, я дошла до ворот гаража и заглянула внутрь.

Застала ремонтные работы: полуразобранную машину, торчащие из-под нее явно мужские ноги в обляпанных краской и маслом джинсах и приметное пивное брюшко. Еще из-под машины время от времени появлялась крупная рабочая лапища, то требуя, то возвращая очередной нужный инструмент.

Спиной ко мне, около мужчины, находилась полнотелая женщина в необъятном то ли халате, то ли летнем платье – линялом, по подолу тоже замусоленном. Она, сидя на стуле, подавала инструменты, периодически громко переговариваясь с мужчиной.

Старый музыкальный центр с двумя колонками стоял прямо у входа в гараж, так что я, ни секунды не медля, ткнула в кнопку «Стоп».

Не перекрикивать же эту какофонию, в самом деле.

Женщина медленно выпрямилась, обернулась и громко охнула при виде меня, одновременно придерживая-прикрывая ладонью свой живот – тоже немаленький. Понятно, беременная.

Мужчина, напротив, выкатился из-под машины неожиданно быстро и через пару секунд встал, причем с массивным разводным ключом в руках.

Обеспокоенными они не выглядели. В гараж всего лишь зашла какая-то женщина, судя по одежде – живущая от одной довольно скромной зарплаты до другой. Да еще с папочкой под мышкой, с дешевой сумочкой через плечо.