Книга Фокус с поличным, страница 92 – Марина Серова

— Слава те господи! – бестактно обрадовалась Светлана. – Допрыгался.

И тем же тоном, без перехода, осведомилась:

— Документы предъявите, пожалуйста. Паспорт там или удостоверение?

Она удовлетворилась паспортом. И не похоже, что прониклась полным доверием.

— Как вас по батюшке-то, чтобы совсем вежливо?

— Максимовна.

— Евгеньмаксиммна, – вступил в разговор Александр, – вы во двор выходите, щас мы тут со Светланой прикроем все и разговорчик организуем.

Я вернулась во двор, Светлана, покряхтывая и уберегая живот от тряски, выдвинулась за мной. Александр присоединился к нам буквально через минуту.

— Светуль, сходи за мамой, а я тут присмотрю, – сообщил Александр.

Футболка сзади на пояснице у него теперь подозрительно оттопыривалась. Крупный нож или пистолет. Поня-а-атно. Жену отправляет в дом, выводит из-под удара. А если бы я с подкреплением?

— Будь осторожен, дорогой, – произнесла Светлана по-английски и ушла.

Я во время этой реплики глуповато-старательно разглядывала свой простенький, за десять минут сделанный маникюр.

— Вон там скамеечка, можно присесть. – Александр и сам присел на пластиковый садовый стул напротив скамейки.

Ладно, если он сел, я тоже присяду. Продемонстрирую мирные намерения: я сюда не драться пришла, а предупредить.

Когда я садилась, мой взгляд зацепился за внушительную, добротно сделанную собачью будку. Цепи или привязи я не заметила, да и расположение будки мне не понравилось: чуть слева и сзади.

— Там Джек, – добродушно пояснил Александр, – наш бультерьер. Вы не бойтесь, он послушный, без команды не бросается.

— Намек понят, – заверила я.

С собаками я имела дело всего пару раз, и оба раза это были тренированные до смертоносной точности особи. Тогда пришлось выбирать – я или они, и пускать в ход огнестрел. Надеюсь, тут до этого не дойдет.

Минуты три прошли в напряженном, молчаливом, липковато-потном ожидании.

— Что-то долго они… – протянул Александр. Встал, дошел до входа в дом и зычно крикнул вверх, в сторону ближайшего окна:

— Глайсеменна!! Све-е-ета!!

— Чего ты кричишь, Саша, чего ты кричишь? – Пожилая женщина, появившаяся в дверях с чайником в руках, выглядела одновременно миролюбивой, тихой и усталой. – Вот она я, никуда не делась. А Светусю тошнит на втором этаже.

Потом она посмотрела на меня – заранее с тоскливым смирением, с ожиданием подвоха в моих новостях.

Я поняла, что врать дальше не получится. Такой женщине – язык не повернется, после того, через что она прошла.

С началом истории мне все же пришлось чуть извернуться, добавив деталей в архивную часть рассказа. Начинать с того, что я изначально к Кочетову и нанялась, казалось неуместным.

Зато дальше, когда можно было вываливать всю правду как есть, пошло гладко. Я и по лицу Светланы это видела: вначале недоверчивое, потом оно удовлетворенно разгладилось. Так успокаиваются волны на море, предвещая штиль. Или лицо напрягшейся по поводу двоечника учительницы, когда она видит: этот оболтус наконец-то хоть что-то выучил и уже благополучно наболтал на трояк в четверти, с чистой совестью.

— …и потом я снова направилась в дом престарелых и там узнала, что поговорить не удастся. Неизвестный подстрелил Кочетова. Я договорилась, чтобы мне сообщили, если придет в сознание. Пока что не приходил.