Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 91 – Марина Серова

— Пожалуй, – согласилась я, а про себя добавила: «И не через пятнадцать лет, а гораздо раньше».

— Хотя, конечно, руки у нее фантастические, – с легкой завистью отметила девушка.

— Оля, расскажите, пожалуйста, как складывались ваши отношения с Князевым?

— Ужасно! – Хорошевская поморщилась. – Непрерывные отеческие похлопывания по плечу, трепание за щечку, щипание за попку… Врезать бы ему как следует, чтобы руки не распускал, так ведь по стенке размазался бы, божий одуванчик.

Я поглядела на Хорошевскую и признала, что если эта врежет, то точно размажет. Девушка была хороша. Высокая, смуглая, с густыми русыми волосами, заплетенными в толстую косу. Лицо, может быть, не слишком красивое по классическим меркам, но оживленное, на чуть тронутых помадой губах легкая улыбка, глаза весело блестят.

— А не боитесь? Вдруг я решу, что все-таки вам надоели его приставания, вот вы и стукнули его пепельницей?

— Видите ли, э-э…

— Таня.

— Ага… Видите ли, Таня, если бы я била пепельницей каждого, кто здесь норовит распустить руки, вся филармония была бы трупами завалена. Главное – эти уроды стараются только ради того, чтобы поддержать легенду о себе, какие они, дескать, все сексуальные. Богема, одним словом, – неожиданно пожаловалась она. – Хоть бы один придурок цветочек подарил или пирожок с повидлом купил, что ли…

— Ой, Оля, с этим везде сложно, – поддержала ее я. – Не только в филармонии мужики измельчали. Но бог с ними… С Князевым-то вы в целом ладили?

— А что мне оставалось делать? – Ольга поморщилась. – У меня ни имени, ни опыта. Я-то знаю, что я хорошая скрипачка, но, кроме меня, об этом знает довольно мало людей вообще и слишком мало нужных людей в частности. Элен хорошо, она может закатывать скандалы, у нее миллион знакомых, репутация, связи. На то, чтобы найти новое место, у нее уйдет пятнадцать минут, один-два телефонных звонка, и все в порядке. Корецкий тоже не пропадет… А мне надо здесь работать. Здесь есть возможность выдвинуться, показать себя. Я второй год после училища, а уже два сольных концерта отыграла. Где бы еще мне дали такую возможность?

— А что плохо?

— Зависимость. Правда, я тоже уже пообтерлась, научилась рот открывать. Князев на меня еще и нотную библиотеку повесил. Суеты много, зато на гастроли без меня не уедут. И право голоса появилось. Постепенно.

— А библиотека – это большие хлопоты?

— Кошмар, полный и абсолютный! Князев понятия не имел о порядке! Вечно перепутывал все партии, медные запросто складывал вместе со струнными. Знаете, где я однажды нашла партию гобоя из «Итальянского каприччио»?

— Представить себе не могу, – призналась я. – Где-нибудь среди нот для арфы?

— Если бы! – Ольга сердито перебросила косу с груди за спину. – Там бы я ее в два счета нашла, к таким шуточкам я уже привыкла. За батареей!

— Господи, там-то ноты как могли оказаться?

— Проще простого! Князев пролил на них стакан воды и положил просушить. Забыл, естественно, и ноты свалились за батарею. Хорошо, я заметила, что оттуда что-то высовывается. Но какой он крик поднял, когда ноты пропали, вы просто не представляете!

— Значит, говорите, с ним сложно было работать?

— Сложно, ну и что? – Оля неожиданно сверкнула улыбкой. – Знаете, моя мама всегда говорила: «Начальство хорошим не бывает. Его просто надо принимать как некую данность и не обращать на него особенного внимания».