Книга Билет в счастливую жизнь, страница 43 – Марина Серова

Подойдя к двери кабинета, я постучала.

— Входите, – услышала я мужской голос.

Я потянула за ручку двери и вошла. У окна стоял стол, на котором в беспорядке лежали стопки бумаг и папки. За всем этим я не сразу разглядела самого Краснобаева.

— Здравствуйте, Викентий Леонидович, – поздоровалась я, подходя к столу.

— Здравствуйте, – ответил полковник Краснобаев – грузный, с заметной лысиной мужчина.

Выглядел он гораздо старше Кирьянова.

— Проходите, садитесь, – пригласил Краснобаев.

Я села на стоявший сбоку стола стул.

— Слушаю вас, – сказал полковник.

— Викентий Леонидович, меня зовут Татьяна Иванова, я частный детектив из Тарасова. Владимир Сергеевич Кирьянов совсем недавно звонил вам по поводу меня, – напомнила я полковнику.

— Да, верно. Владимир мне звонил и просил вам помочь. Только в чем заключается моя помощь, он так и не сказал.

— Я сейчас объясню. Видите ли, у нас в Тарасове был убит владелец картинной галереи. Наш преступник сумел каким-то образом пробраться в многоквартирный дом, не показываясь на глаза консьержке. Убили жертву в его квартире, нанеся смертельный удар в голову. Кроме того, преступник отрезал своей жертве уши, бросил их там же и нарисовал кровью на лбу жертвы перевернутый крест.

— Да, примерно таким же образом действовал и наш убийца, – сказал Краснобаев. – Основные детали совпадают. Получается, что и почерк тот же. Значит, вы, Татьяна приехали к нам по аналогичному преступлению, которое было совершено у вас, в Тарасове? – спросил Викентий Краснобаев.

— Да, совершенно верно. Викентий Леонидович, а как вы поймали преступника? – спросила я.

— Это произошло случайно. Убийца, Илларион Мураленко, практически сам себя выдал. Так-то он вроде бы обычный, ничем не примечательный парень. На работу ходил, как и все. Но одна беда у него была: пил он сверх всякой меры. Когда это стало отражаться на выполняемых обязанностях, его, естественно, с работы турнули. И квартиру он тоже умудрился профукать. В общем, все одно к одному. Поселился он в какой-то хате, в которой терлись такие же, как и он сам, забулдыги. Ну а когда он совершил это убийство, то по привычке напился и начал трепать своим дружкам о том, какой он крутой, как замочил одного лоха. Все в деталях описал. А у нас в этой хате был свой человечек; он, как только услышал про «геройство» Мураленко, которое тот красочно расписал, сразу же пришел в наш отдел. Тут мы быстро сориентировались и нагрянули в эту хату. Мураленко еще даже не успел протрезветь и очухаться, как уже оказался в отделении. Там мы его допросили как следует, и он раскололся, как грецкий орех. Ну, потом, как водится, был следственный эксперимент, он все показал, что и как делал. Так что если бы этот Мураленко не растрепал своим дружкам по пьяной лавочке да наш агент не оказался бы в этой хате, то вряд ли мы раскрыли бы это убийство.

— И что, этот забулдыга умудрился не наследить?

— Татьяна Александровна, хотите – верьте, хотите – нет, не наследил. В перчаточках работал. У нас, видите ли, поголовная грамотность. Люди читать умеют, – с ехидцей проговорил полковник. – И нет бы классику читать – они всё больше по детективной литературе. Вот и знают, что следы на месте преступления оставлять нельзя.

— Так что же это получается? Мураленко ваш один убийство совершил? Подельников у него не было? – спросила я.