Книга Билет в счастливую жизнь, страница 73 – Марина Серова

— Что вы имеете в виду? Я не совсем вас поняла.

— Я имею в виду какие-нибудь особенности во внешности, – пояснила я. – Ну вот, например, был ли у Мирославы пирсинг? Это такие сережки или колечки на самых разных частях тела, в основном на лице.

— Да, знаю, у соседки внучка проколола себе нос. Теперь постоянно ходит с насморком. – Ремесленникова осуждающе покачала головой. – Но нет, у Мирославы ничего такого не было.

— Так, пирсингом Мирослава не увлекается, – резюмировала я, – а как насчет татуировки? Это сейчас тоже модно.

— Татуировка… Слушайте, а ведь была у нее татуировка! – воскликнула женщина.

— Где? Как она выглядела? – тут же спросила я.

— Татуировка у нее на шее, ну, то есть она начинается со спины и переходит на шею. Если одежда с воротником, вот ковбойка например, то татуировки почти не видно, – объяснила женщина.

— А как выглядит татуировка? – спросила я.

— Вроде бы это змейка с высунутым жалом. Как-то так. Точнее не могу сказать. Я ведь не приглядывалась, Татьяна Александровна, – извиняющимся тоном произнесла Елизавета Ремесленникова.

— Скажите еще вот что. Заметили ли вы, на каком транспорте к вам добиралась Мирослава? Была ли у нее машина, вот что я имею в виду.

— Нет, кажется, не было. Во всяком случае, когда мы приехали к Алевтине, то это был общественный транспорт. А если говорить про те несколько раз, что мы с ней встречались в самом клубе, то мне неизвестно, как она добиралась.

— Понятно. Ладно, Елизавета Николаевна. Я вам сейчас оставлю свой телефон. Если что-нибудь еще вспомните об этой Мирославе, позвоните мне, – попросила я.

— Обязательно позвоню, Татьяна Александровна, – пообещала женщина.

Я распрощалась с Ремесленниковой и вышла из ее квартиры.

Поскольку Мирослава общалась только с Елизаветой Ремесленниковой, то возвращаться в клуб «Кошкин дом» и расспрашивать о девушке других членов этого сообщества не имело смысла. Даже если кто-то ее и видел, то вряд ли мог рассказать о ней что-то существенное. Да и в общении с Ремесленниковой эта Мирослава, насколько я поняла, была очень осторожна. Настолько осторожна, что не упомянула ничего такого, что могло бы дать хоть какую-нибудь зацепку, способную вывести на нее. Возможно, что у Мирославы и была машина, но, опять же, не желая привлекать к себе ненужного внимания, девушка могла просто прийти в «Кошкин дом» пешком или воспользоваться общественным транспортом. Единственное, что могло пролить свет на личность Мирославы, был услышанный Елизаветой Ремесленниковой телефонный разговор по поводу уточнения, когда состоится зачет. То есть в данном случае можно было предположить, что Мирослава где-то учится. Собственно, на эту мысль наводил и возраст девушки. Как сказала Елизавета, Мирославе было где-то около двадцати лет. В общем, информации об этой загадочной Мирославе было очень и очень мало. А возможно, что и зовут ее не Мирослава. Она вполне могла назваться так только для того, чтобы ее не смогли найти.

И что же теперь делать? Где искать эту девушку? И как? Описания только одной ее внешности явно недостаточно для успешных поисков. И тем не менее найти ее необходимо, ведь Мирослава определенно была связана с Иннокентием Подхомутниковым. Иначе зачем же она заварила всю эту кашу с проникновением в квартиру Алевтины Митрошечкиной?