Книга Дом раненых сердец, страница 11 – Марина Серова

— И даже вас? – удивилась я. – Ведь вы ее мать!

— Ну… У нас с Бэтти как-то не сложились доверительные отношения, – несколько смущенно проговорила женщина. – И потом, Бэтти ведь уже не ребенок, она совершеннолетняя. Конечно, как мать я провела с ней беседу на тему взрослых отношений.

— Ну ладно. Помимо молодого человека, у кого еще может находиться Елизавета? Может быть, у кого-то из своих знакомых? Или подруг? – Я начала высказывать предположения. – Вы можете назвать их мне?

— Нет, не могу. – Екатерина покачала головой. – Я не знаю их. Были у нее две школьные подруги, но с тех пор, как Бэтти поступила в вуз, они практически прекратили общаться. А насчет институтских подруг ничего не могу сказать.

— Екатерина Дмитриевна, позвольте, я осмотрю комнату Елизаветы, – попросила я. – Возможно, мне удастся найти координаты ее знакомых.

— Да, конечно. Проходите, Татьяна Александровна.

Комната Елизаветы Донниковой тоже была просторной и светлой, почти такая же, как и гостиная. Но в отличие от голых стен гостиной здесь стены были увешены постерами с изображениями музыкальных групп. Посередине комнаты стояла низкая софа, застеленная шелковым покрывалом. Рядом находилось бархатное кресло бежевого цвета, чуть поодаль – комод. У одной из стен расположился туалетный столик с большим зеркалом, сплошь уставленный косметикой. Около окна стояла подставка под диски и компьютерный стол, но компьютера на нем не было.

— А где компьютер? – спросила я Екатерину, которая вошла следом за мной.

— Кажется, Бэтти отдала его в мастерскую, – неуверенно ответила Екатерина.

Мои надежды найти адреса или хотя бы телефоны подруг Елизаветы лопнули как мыльный пузырь. Я вспомнила, что Владимир Донников сказал, что на концерте, на котором была Елизавета, молодежь явно была под кайфом.

— Екатерина Дмитриевна, скажите, а ваша дочь употребляет наркотики? – спросила я.

— Моя дочь? Да вы что! – вспыхнула Екатерина и с возмущением посмотрела на меня. – На что вы намекаете?

— Екатерина Дмитриевна, я не говорю намеками, я прямо у вас спросила, употребляет ли ваша дочь наркотические вещества, – довольно резко заметила я.

— Ну… не знаю. Я никогда не видела Бэтти в таком… состоянии, – тихо проговорила Екатерина. – Хотя… ведь молодежь сейчас такая… Может быть, Бэтти и, как это говорится… баловалась ими. Не знаю. Но ведь… они стоят больших денег. Бэтти никогда не просила у меня…

— Екатерина Дмитриевна, на всякий случай проверьте, все ли ценные вещи на месте? Драгоценности, украшения? – внесла я некоторые уточнения.

Ни слова не говоря, Екатерина бросилась из комнаты Елизаветы.

Минут через пять я услышала, как она кричит:

— Татьяна Александровна, вы правы!

Екатерина вернулась в комнату Елизаветы и без сил опустилась в кресло.

— Да, я не нашла некоторых своих украшений! Боже мой! Ну как же так? Неужели… Я никак не могла даже подумать о том… Нет, это ужасно!

— Екатерина Дмитриевна, успокойтесь, пожалуйста, и расскажите толком, какие именно украшения у вас пропали, – попросила я.

— Я не нашла золотую цепочку, кулон, еще колье и браслет. Все украшения очень дорогие, от известных фирм. И потом… они мне еще дороги и потому, что это подарки от… ну, в общем, от… очень близких мне людей.

— Вы уверены в том, что все, что вы перечислили, взяла Елизавета? – спросила я.