Книга И грянул выстрел, страница 76 – Марина Серова

— Да, сейчас я все сделаю, – сказал Антон.

Я снова начала внимательно смотреть. Но, увы, в тот самый час «икс», когда раздался выстрел в ротонде, камера никого не зафиксировала. То есть я увидела Александра Самохвалова, вот он вышел из коттеджа и направился к ротонде. Потом камера показала Матвея Акулиничева и гувернантку Светлану, которые тоже вышли из коттеджа и проследовали в том же направлении, что и Самохвалов. Но это все. Настоящий преступник, который произвел выстрел, вероятнее всего, заранее спрятался где-то в саду. Потому что, просмотрев уже в который раз запись, кроме Самохвалова и Акулиничева со Светланой, я никого больше не увидела. Мог ли человек выбраться из окон, выходящих непосредственно в сад? Наверное, да, при определенной сноровке. Что еще могло произойти? Может быть, преступник стер запись на том месте, где он был зафиксирован камерой?

— Антон, а где записи с камер в кабинете? Ну или из того коридора, в котором кабинет находится? – озадачилась я, уже лелея надежду увидеть, кто свистнул ботинки и подбросил на место преступления.

— Нет, – пожал плечами охранник. – Камеры – они установлены в холле в основном, где могут злоумышленники появиться. Ну и по территории, разумеется. Ну, еще где гостевые комнаты – на всякий случай. А в хозяйском крыле их нет, – пояснил он.

— Ясно, – разочарованно кивнула я. Значит, не судьба мне так просто и быстро узнать, кто же подкинул башмаки на место преступления. – Антон, скажите, а запись не мог Олег стереть?

— Нет, не думаю, – несколько неуверенно ответил охранник.

Я встала со стула.

— Спасибо, Антон, – сказала я, – не буду вам больше мешать.

Выйдя из дежурки, я вышла в сад и, присев на деревянную скамейку, начала собирать воедино известные мне факты. Мне до сих пор не была в целом ясна общая картина, и я, если честно, не знала, что делать дальше. Я могла только строить предположения насчет того, кто стрелял в Самохвалова. А был ли у убийцы сообщник? Вот еще один вопрос. А есть и еще вопрос, да не один. Много их, этих вопросов. Но все-таки важнее всего добыть улики. А их нет. То есть есть, но ложные, и они блестяще собраны и подброшены настоящим убийцей. Пистолет, портсигар, ботинки, листок с оскорблением. Их настолько много, что некоторые из них реальному убийце следовало бы убрать, чтобы картина выглядела естественнее. А вот у меня их нет, нет улик. Тут я вспомнила о запонке, которую я разыскала в ротонде. Боюсь, «пальчиков» на ней не осталось: эта штука валялась в грязи. А значит, к этой штучке необходим ее владелец. И опять, его наличие еще ничего бы не доказывало. Мало ли кто и когда мог ее уронить. Может быть, кто-то потерял ее задолго до убийства Самохвалова. Значит, и запонка пока что не является уликой. Но они нужны, нужны, как воздух. Преступник совершил убийство, он наверняка в курсе того, что идет расследование. Он, если почувствует, что кольцо вокруг него сжимается, пойдет ва-банк.

Но кто же этот убийца? Попробовать смоделировать ситуацию применительно к Нефедочкину? А что? Это – мысль. Ведь неспроста он повел себя так, мягко говоря, странно, когда был совершен рейдерский наезд на коттедж. Опять-таки досье, которое прочитала, не оставляет сомнений насчет его сговора со столичным чиновником, который задался целью заполучить компанию Владислава Максимовича Черемысленникова. Ну, и сюда же следует добавить ложные данные в трудовой книжке. Итак, Нефедочкин Константин Львович является весьма состоятельным человеком. Конечно, его состояние несоизмеримо с состоянием Владислава Черемысленникова и того самого московского чиновника. Но все равно: трудиться Нефедочкину нет никакой необходимости. Однако он работает. И мало того: Константин Львович поменял столицу на провинциальный Тарасов, а высокооплачиваемую работу у чиновника на менее оплачиваемую у Черемысленникова. Так зачем он это сделал? Если предположить, что Константин Львович уволился с должности, которую занимал у чиновника, и переехал в Тарасов, потому что совершил крупное хищение – ведь такое с ним уже было, когда он работал в Центробанке, то это противоречит данным досье. Я вспомнила, что там было написано: «Недовольства со стороны хозяина не было». То есть чиновник был вполне доволен Нефедочкиным.