Книга И грянул выстрел, страница 8 – Марина Серова

— Гори в аду, живодерка! – отмахнулись тетки от Аделаиды Степановны. – Имейте в виду, молодой человек, мы это так не оставим, мы будем жаловаться в очень серьезные инстанции! Мы дойдем до Генпрокуратуры! – пригрозили они и вышли из кабинета, хлопнув дверью.

— Владимир Борисович, я пришла забрать постановление, ну, помните, мы созванивались еще на неделе? – обратилась к участковому пенсионерка.

— Да, да, конечно. У меня все готово, только отнесу на подпись, – Татушкин взял со стола бумаги.

Он прошел через комнату и в дверях столкнулся с Кирьяновым.

— Ну, Владимир Сергеевич, эти собачницы, это что-то с чем-то! – с чувством произнес он.

— Так привыкай, стажер! Где еще наберешься такого опыта! И где еще пообщаешься с зоозащитниками?

Тут Володька увидел меня.

— Танюх, привет! Ты чего это ни свет ни заря?

— Киря, ты что, не рад мне?

— Да рад, конечно же, рад, как ты могла такое подумать. Только… ведь вчера с тобой расстались. Ты еще говорила, что как минимум неделю будешь приходить в себя после такого.

— Ну, кто же знал, что председатель совета директоров банка «Оникс» Александр Самохвалов будет убит в загородном доме предпринимателя Владислава Черемысленникова, и в его убийстве обвинят именно хозяина дома.

— Ага, – глубокомысленно произнес Володька, – значит, ты уже впряглась.

— Точнее сказать, пришлось впрячься. Ты ведь знаешь, как с расследованиями. Сейчас густо, а потом и пусто. И сколько придется ждать, тоже неизвестно. Да и потом, мне же самой интересно узнать, кто на самом деле является убийцей банкира.

— А ты что же, не веришь официальному следствию? – Володька удивленно поднял брови.

— Это ты о подброшенном пистолете и портсигаре? Ну, знаешь, на такие, с позволения сказать, улики даже начинающий следователь не поведется. Портсигаром Черемысленников не пользовался уже очень давно. Да и вообще, кто сейчас им пользуется? Громоздкая вещь, гораздо проще носить пачку. Жена предпринимателя сказала, что Владислав с месяц как бросил курить, так что ему даже и пачка без надобности. Портсигар – это память отца Черемысленникова. По поводу пистолета. Зачем надо было демонстративно бросать его рядом с телом? К тому же пистолет принадлежал отцу Черемысленникова.

— Это опять же со слов жены предпринимателя, – заметил Кирьянов.

— Ну а что здесь не так? Она же не алиби его подтверждает. Эти два факта можно проверить, допросив других людей. Тех, кто знает бизнесмена.

— Только не говори, что Самохвалова убил владелец пистолета, то есть отец Черемысленникова. Воскрес, убил, бросил пистолет и снова к себе.

— Да ну тебя, Володька! – разозлилась я. – И вообще, это все частности. Ответь мне, Володя, на более глобальный вопрос: зачем генеральному директору «Атланта» убивать кого бы то ни было в собственном доме, на собственной вечеринке? Да еще и оставлять улики, четко указывающие на него?

Друг презрительно фыркнул, и я спросила заботливо:

— Какая муха тебя укусила?

— Да уже на ковер вызывали в связи с этим убийством, – вздохнул Кирьянов. – Говорят, что топчемся на месте.

— Понятно.

— Нет, Тань, тебе еще не все понятно. Как тебе нравится то, что убитый Самохвалов был мертв еще до того, как в него выстрелили?

— Ты серьезно?! – вскричала я.

— Нет, я шутки шучу, – теперь Володька разозлился. – Он скончался от сердечного приступа, а уже потом получил пулю. В его крови эксперты обнаружили сильнодействующее вещество, которое понижает давление.