Книга Лепестки алой крови, страница 68 – Марина Серова

Жгут сидел за столиком и пил пиво, он вообще был в неадеквате, а Пельмень обозвал Алису «богатой выскочкой», дочкой денежных кошельков, так, что ли… В общем, суть такова – что Алиса ничего собой не представляет, ничего не может, а прожигает жизнь за счет своих предков. А она в ответ тоже стала его обзывать – говорила, что благодаря ей тут такие вечеринки закатывают, что она всем старается помочь, а ею пользуются. Да и правду она говорила – мы ведь складывались на торжество, а Алиса больше всех заплатила, да еще и за Жгута внесла, так как у него на тот момент с деньгами проблемы были. Но я видела, как сильно уязвили ее слова Пельменя – она едва не разрыдалась.

Я было хотела ее успокоить, сказать, чтобы она не обращала внимания на Пельменя – он ведь часто ведет себя неадекватно, бывают у него вспышки ярости. Да и потом, как мне кажется, он комплексом неполноценности страдает. У него плоховато с деньгами, вот он и сорвался на Алиску. Вроде как ей все на халяву достается, а он такой несчастный, крутится-вертится, а ничего у него путного не выходит. Завидовал ей просто, вот и обзывал…

Я не успела вмешаться, Алиса заявила, что она уезжает из клуба – надоело слушать оскорбления. Подошла к Жгуту, попросила его проводить, но он пьяно улыбнулся ей и попытался обнять. Алиса психанула, разрыдалась. Мне пришлось ей такси вызвать. Когда машина подъехала, она вроде успокоилась, но на Жгута, по-моему, обиделась. Да на всех она обиделась, что тут говорить. Мне очень жалко ее стало. Пельмень еще раз обозвал ее напоследок, потом и сам свалил из клуба. И хорошо, а то стал бы наезжать на всех подряд. Я лично считаю, что, раз настроение плохое, сиди дома и никому не порть вечеринку. Но Пельмень, видимо, так не думал.

— А кто-нибудь видел, куда этот Пельмень пошел? – поинтересовалась я. – Кстати, почему он – Пельмень? Откуда такая странная кличка?

— Да из-за фамилии, – махнула рукой Оля. – Так-то он – Игорь Пелимов, но все его зовут Пельменем. А вы думали, из-за любви к пельменям? А кстати, вот и он… – Девушка кивнула в сторону выхода из «Небоскреба».

Я тут же повернулась в ту сторону, куда она показывала. В клуб вошли двое парней – один пониже ростом, приземистый и крепкий, в черной футболке и таких же черных джинсах. Другой – весьма странный тип, даже по сравнению с другими ребятами из страйкбольной команды Сони он выглядел весьма необычно. Начать с того, что данный субъект немного переборщил с татуировками – у него не только были разрисованы все руки, но и лицо. Выбритые виски, черная борода, наколка, оплетающая правую бровь, пирсинг в носу и в губе – нет, что ни говори, а парень явно перемудрил в своем стремлении выделиться из толпы. Может, татуировки временные, подумала я про себя. Куда ни шло сделать наколку на руке или на спине – при желании рисунок можно закрыть одеждой. Но набивать рисунок на брови или на лбу – я бы не рискнула. Тем более «разрисованным» людям бывает сложно устроиться на работу, где требуется презентабельный внешний вид. Другое дело, если татуировка является визитной карточкой мастера соответствующего тату-салона, и то я бы поостереглась столь экстравагантно менять свою внешность. Да, прочих татуированных посетителей клуба сей гражданин явно переплюнул.