Книга Ловушка для дурака, страница 64 – Марина Серова

— Понятно. Что делать собираешься?

Киря твердо заверил, что ничего:

— Можешь думать обо мне что угодно, но носом землю рыть ради этой, да еще по своей инициативе я не собираюсь. Мало, что ли, она нам всем крови попортила своими наскоками? Вот дадут отмашку – тогда и займусь. Пока в этом криминала не видно, нечего и придумывать. Ладно, давай. Пиши-звони, ежели что.

— Обязательно. Пока-пока.

В этот день я почему-то была настроена кротко и мирно – ну нет так нет. Не бегать же за психическим по всей России-матушке. Пару раз звонила Баба Рита, но я подумала, что и для ее, и для моего здоровья будет полезнее сделать паузу в нашем общении. Иначе или кто-то с ума сойдет, или кто-то головы лишится.

Вообще у меня еще вот, пора уже приступать к сбору сведений по уголовке относительно бывшего главы «Тароблбанка», следак уже тактично интересуется, где я и не нашлось ли чего… или пропажа машины в результате ремонта, сдавалась как «Мерседес», а по документам – «Таврия», увлекательное дело.

Интересно, стекло разбитое на «Чероки», Баба Рита сумела быстро заказать, а то, говорят, перебои с поставками… тьфу, пропасть!

Я побарабанила по столешнице, честно попыталась не думать об этом деле, которое – ну да, как всегда, – меня не касается, и это было так же просто, как не думать об этой… белой обезьяне.

И все-таки. Рубцов, К. и Маевка. Сколько из них реальных-то людей?

Рубцов, Сергей Владимирович, которого видела я, сожитель Аллы Коржовой, якобы сбежавшей в монастырь (ход хороший, не факт, что в обители кто-то кому-то ответит вне рамок уголовного дела, а сестер с заявлением полицейские явно отфутболили). На его счет покойная Яворская переводила какие-то суммы. Загадочный и застенчивый Алексей Антонович К., на счета которого она также кидала мешки с дублонами. И который, вполне возможно, был у нее в гостях в день кончины и совершил избирательную уборку, явно ликвидируя следы своего пребывания. Маевка, Максим Максимович, удивительно мобильный супруг Бабы Риты, причем официальный, что, по-моему, крайне важно. Допустим, паспорт у него чужой – а что-то мне настойчиво подсказывает, что и Рубцов, и товарищ К. есть собратья по несчастью Овика Георгиевича, лишившегося паспорта после случайного знакомства где-нибудь в поезде. Но печать-то он в него поставил вполне реальную, хотя в других случаях, как минимум в отношениях со старухой Коржовой, он связать себя законными узами не желал. О чем это может свидетельствовать, если не о том, что проект «Баба Рита» он воспринимает как основной? И пока именно на этом поприще он терпит фиаско за фиаско. И не надо мне говорить, что рухнувший гобелен и неудавшаяся попытка отравления – уверена, что результаты экспертизы подтвердят мое предположение, – чистая случайность…

Возможно, если Ленке позвонить, отпустит?

К моему глубокому изумлению, подруга ответила так:

— Танюша, я сейчас немного занята…

О как. Нельзя ли чуть менее напыщенно? Когда я занята, она особо не церемонится!

— У тебя урок?

— Нет, срочный перевод, – важно поведала Ленка, – для питерского издательства «Тайна», средневековый трактат об оборотнях.

— Увлекательное что-то?

— Вполне! Ты, вот, например, знала, что оборотни очень плохо спят, имеют глаза впалые, кожу бледную и раны их заживают быстро, хотя для другого они были бы смертельны?