Книга Ловушка для дурака, страница 66 – Марина Серова

И что же, вот это все – научный руководитель товарища Максима? Что-то мне подсказывает, что в результате общения с нею можно было бы почерпнуть что-нибудь ценное. Трудно представить себе нормального мужчину с нормальной ориентацией, который не заинтересовался бы подобной женщиной. Хотя, конечно, назвать Максима нормальным трудно.

Ладно. А что там у нас по самому неподкупному и неподчищаемому источнику? Кости выдали 32+10+13 – «Если вы думаете, что что-то о ней знаете, то вы ошибаетесь».

А я даже не сомневаюсь. Полностью согласна.

— Долго будешь на меня таращиться? – спросила она, не открывая глаз.

— Не могу на тебя наглядеться.

— Вернемся к моему вопросу.

— Какому, Катенок?

Ераносян Екатерина Сергеевна, профессор, завкафедрой, действительный член-организатор, международный эксперт и так далее, накинула блузку и не без труда приняла вертикальное положение.

— Ох, – она придержала красивой рукой красивую, но до сих пор кружащуюся голову, – ты как из голодного края.

— Я и есть оттуда, – Максим немедленно сполз на пол, положил по-собачьи голову ей на колени и обнял их так, чтобы она и думать не смела встать и уйти.

— Вопрос был в том, что ты тут делаешь.

— Я за тобой.

— В последнюю нашу встречу, точно помню, говорила: не хочу тебя видеть.

— А ты глазки закрой – не увидишь. Катенок, у меня выхода не было, я на днях чуть не помер и так испугался, что никогда тебя больше не увижу, что решил немедленно к тебе. И как-то совершенно не подумал о том, что ты меня не хочешь видеть.

— Если Михаил тебя увидит – случится несчастье.

— А что ему тут делать? Ему не до тебя. Он пересдачи принимает, у первокурсниц. А я за тобой.

— Это я уже слышала. В каком смысле?

— В самом прямом. Ты поедешь со мной. Мы будем жить на берегу Волги, в отдельном доме, чтобы рядом были и лес, и поле, и река. Чтобы по лестницам с Женькой не таскаться. Чистый воздух, полное спокойствие, молоко. Так что собирайся, – он встал, протянул юбку и более интимные части туалета.

Хмыкнув, Екатерина быстро оделась, привела себя в порядок, открыла дверь шкафа и принялась перед внутренним зеркалом восстанавливать разрушенную прическу, удерживая в жемчужных зубках шпильки, захватывала волосы в традиционную высокую прическу… Точеные золотистые руки, покатые хрупкие плечи, тонкая шея, тяжелые светлые волосы, шуршащие между пальцев, как песок… от его жгучего взгляда женщине физически стало неловко. Екатерина поежилась:

— Перестань.

Максим отвел глаза, влез в костюм и, повязывая галстук перед тем же зеркалом, он излагал спокойно и размеренно:

— Сейчас ты позвонишь няне, пусть собирает вещи. Много не надо, самое необходимое. Едем за Женькой, потом на вокзал, от твоего дома недалеко. Поезд отходит около пятнадцати. Не успеем на этот – вечером идет еще один.

— «Миленький ты мой, возьми меня с собой»? Ты глуп, – высокомерно отозвалась она, – ты не представляешь и масштаба того, что сейчас городишь. Я уже не говорю про свою работу, подготовку к симпозиуму, докторантов-аспирантов – насколько я понимаю, тебя эти мелочи не интересуют.

— Абсолютно, – вежливо подтвердил он, устраивая в карман платок, подаренный доброй продавщицей.

Екатерина Сергеевна возмутилась:

— А что тебя вообще интересует, кроме твоих фантазий? У тебя своя реальность, визуализированная только для тебя. Ну а вот про наше, земное, скажем, про деньги, ты подумал? Постарайся хотя бы однажды спуститься на землю. А про меня? Когда история вскрылась, Михаил прямо сказал, как поступит, случись чего. Крышка мне и моей карьере. Гроб. Преподавать мне больше не дадут нигде – в России, и за границей, допускаю, тоже. Он может.