Книга Ледяной лабиринт, страница 28 – Марина Серова

Брошенные кости не сказали ничего нового, только констатировали уже случившееся – обман ожиданий. Хотя на что я, собственно, надеялась, когда полезла звонить продавцу «дури»? И все же теперь нам хотя бы известна точка сбыта. Глупо было полагать, что она была единственной, но теперь можно точно сказать, оттуда ли пришел героин или в этом замешан кто-то еще.

Дорога до реабилитационного центра проходила по старому северному тракту, в советское время ставшему шоссе Пионеров. Столь забавный кульбит в топонимике был связан с тем, что начиная с двенадцатого километра по обе стороны от дороги когда-то строились пионерские лагеря и дома отдыха. О былом величии прошлых дней напоминали лишь действующий до сих пор санаторий «Лесной» да реабилитационный наркологический центр.

— А ведь я говорил, Иванова, что ты не все мне рассказала, – оскорбленно покачал головой Папазян. – Говорил ведь?

— Как это не сказала? Я же тебя с собой взяла, – после долгих раздумий я все же решила позвать бывшего коллегу с собой, резонно рассудив, что авторитет полицейского откроет больше дверей, чем корочки частного детектива.

— Это потому, дорогая, – он изобразил лицом что-то, что, по его мнению, выглядело как «долгий томный взгляд Казановы», – что ты все еще слишком закрепощена для того, чтобы прямо признаться мне в своих симпатиях.

— Разумеется, – подчеркнуто горячо согласилась я.

— Отсюда все эти твои недомолвки. Но то, что ты позвонила мне вчера сама, поздно ночью, хотя весь вечер мы провели вдвоем, – продолжил перечислять он, – и пригласила меня ехать с тобой, говорит о явном прогрессе в наших отношениях, – на его лице проступила улыбка уверенного в своей правоте человека.

— Не гони лошадей! Мы, закрепощенные, – я со значением посмотрела на Папазяна, – этого не любим.

— Понял! – тут же подтянулся Гарик. – Действовать осторожно, чтобы не спугнуть.

— Да ты знаток! – похвалила я его.

Реабилитационный центр располагался на закрытой территории. Немало этому способствовала изначальная планировка лагеря. Представившись на посту охраны, мы проехали дальше. Нам было сказано, что начальство о приезде уже проинформировано, поэтому мы не сильно удивились, когда в холл главного корпуса к нам вышел директор. Он был одет в белый халат поверх идеально отглаженной рубашки. Запах его одеколона был достаточно сильным, чтобы окутать вас с головы до ног, но недостаточным, чтобы вызвать приступ удушья.

— Добрый день! Кузнецов Олег Никитич, – он протянул Гарику руку и поклонился мне. – Пожалуйста, пройдемте ко мне в кабинет. Визиты правоохранительных органов, к сожалению, для нас не редкость.

Олег Никитич производил впечатление человека, работой которого как раз и является умение производить впечатление. Он был профессиональный красавец, «успокоитель» и демагог.

— Итак, – царственным жестом он предложил присесть. – Чем, как говорится, обязан?

— Собственно, Олег Никитич, мы к вам по поводу одного из ваших прошлых пациентов, который лечился у вас семь лет назад. Зябликов Кирилл Сергеевич. Вот его фото.

— Нужно поднять его карту. – Он повернулся к экрану и что-то громко отстучал на клавиатуре. – Да, такой пациент у нас был. Вел его Владимир Викторович Налим, наш психотерапевт-нарколог, очень хороший врач с тридцатилетним опытом, – его речь замедлилась от показного авторитета. – А что случилось, позвольте полюбопытствовать?