Книга Круто закручено. Дамские штучки, страница 110 – Марина Серова

«Действительно романтик! – констатировала я. – Что-то мне на них везет в последнее время. Взять, к примеру, Марусича… Типичный пережиток века минувшего. Нет, не двадцатого, а скорее – девятнадцатого!»

— Вы кто? – спросил он удивленно, переминаясь с ноги на ногу в стоптанных тапочках. – Я сегодня гостей не приглашал.

Внутреннее чутье тут же подсказало мне, что дело-то как раз обстоит наоборот. Только гостья нагрянула не та и разочаровала хозяина.

— Может быть, позволите мне войти? – ответила я вопросом.

— Почему бы и нет? – Радковский пожал плечами. – Прошу!

Я тут же нырнула в его квартиру, которая, как мне показалось, являлась также и мастерской. Борис проводил меня в зал, обставленный довольно скромно, что, впрочем, впечатления не портило, а, напротив, создавало весьма уютную атмосферу.

— Вы так и не представились, – напомнил он мне.

Я решила рискнуть и назвать ему настоящее имя. В конце концов, этот человек должен быть заинтересован в том, чтобы преступников, укравших его коллекцию, нашли.

— Татьяна Иванова, частный детектив, – представилась я.

Радковский сглотнул. Я увидела, как глубоко провалилось его адамово яблоко, словно он проглотил какой-то огромный предмет. Потом художник часто-часто заморгал глазами, а его кожа из оливковой превратилась в мертвенно-бледную, будто перед ним возник призрак.

— А что, собственно, произошло? – спросил Радковский дрожащим голосом, явно пытаясь справиться с дурнотой.

Я даже подумала, что еще чуть-чуть, и он грохнется в обморок. Все это было явно неспроста. Я пожалела, что затеяла с ним честную игру. Было совершенно очевидно, что Борис в чем-то замешан. Хотелось бы знать, в чем именно. Хотя, конечно, оставалось процентов пять вероятности, что у неисправимого романтика клинический случай аллергии на частных детективов.

— Я разыскиваю бандитов, специализирующихся на краже предметов старины, антиквариата и других предметов искусства, – объяснила я, осматривая стены в комнате, увешанные авторскими работами, стиль которых не смогла бы определить при всем желании.

— А я вам зачем понадобился? – Радковский к этому времени вполне овладел собой.

— Но ведь вы, кажется, тоже пострадали, – начала я осторожно подходить к нужной теме.

— Я давно махнул на это рукой, – признался Борис, – все равно ничего не найдут.

— А что у вас пропало? – поинтересовалась я.

— Коллекция старинных часов, – ответил Радковский.

— И вы никого не подозреваете?

— А какой толк от моих подозрений? – горько усмехнулся художник, а у меня снова появилось впечатление, что он что-то скрывает.

— Вы женаты? – озадачила я его новым вопросом. Радковский бросил на меня изумленный взгляд.

— Нет, – сообщил он. – А что?

— Тогда у вас наверняка есть подружка, – предположила я.

— По-моему, это мое личное дело, – ответил Борис, уставившись своими темными глазами в одну точку.

— Вам знакома женщина по имени Лаки? – спросила я совершенно напрямую.

— Нет, – продолжал он упорствовать в своем нежелании мне помогать. И что самое обидное – я ничего не могла с этим поделать.

— Красивая высокая блондинка, – настаивала я.

— У меня вообще нет подружек, – отрезал Радковский и замолчал, давая понять, что наш разговор на этом закончен. Так я его и покинула – как говорится, несолоно хлебавши.