Книга Полеты над пропастью, страница 13 – Марина Серова

— Так, а кто занимал вот этот номер? – Я попыталась толкнуть дверь номера, находящегося слева от номера погибшего журналиста.

— Этот номер уже давно пустует, – очень поспешно проговорила Валентина Геннадьевна и начала теснить меня в сторону.

— То есть его никто не занимал в тот день, когда произошло убийство? – уточнила я.

— Да, да, совершенно верно, он был без постояльцев, – зачастила Шаповалова.

Горничная Елизавета снова прошла по коридору с ведром.

— Елизавета, что вы мотаетесь взад-вперед? – окликнула ее Шаповалова. – Займитесь уже, наконец, делом!

Елизавета посмотрела на свою начальницу испепеляющим взглядом и молча вышла в вестибюль.

— Валентина Геннадьевна, а Белоцерковский сейчас у себя в номере? – спросила я.

— Сейчас узнаем. – Валентина Геннадьевна постучала в дверь.

— Входите, открыто, – прозвучал приятный баритон.

— Вот, Всеволод Викентьевич, это Татьяна Александровна Иванова, частный детектив, – представила меня Шаповалова, когда мы вошли в номер. – Она хочет побеседовать с вами. Если вы не возражаете, – добавила Валентина Геннадьевна.

— Что вы, какие могут быть возражения, проходите, пожалуйста, – проговорил седовласый высокий мужчина в светлых брюках и ковбойке в мелкую клетку.

— Присаживайтесь, Татьяна Александровна. – Белоцерковский указал на кресло рядом с небольшим столиком, больше похожим на тумбу, а сам сел на стул.

— Вы, Всеволод Викентьевич, наверное, догадываетесь, о чем я хочу с вами поговорить? – спросила я.

— Ох, Татьяна – ничего, что я просто по имени?

Я согласно кивнула.

— Так вот, я, конечно, уже старый, но тем не менее понимаю, что, если произошел столь прискорбный случай, как убийство, то речь определенно пойдет именно о нем, – сказал пенсионер.

— Да, совершенно верно. Тем более что вы – единственный из постояльцев, который остался в гостинице.

— Ну, а остальные разъехались, да. – Белоцерковский развел руками. – У каждого нашлись причины: то срок командировки подошел к концу, то отдых закончился. Но я вам так скажу, Татьянушка, все это отговорки.

— То есть? Поясните, пожалуйста, – попросила я.

— Да люди элементарно испугались! К тому же некоторых своих соседей по гостинице, у которых якобы закончился срок командировки, я, гуляя по Тарасову, встретил входящими в другой отель. Вот так-то.

— А вы, Всеволод Викентьевич, не испугались? – спросила я.

— А-а, чего мне бояться? Я уже старый, жизнь прожил. К тому же, – тут он заговорщически подмигнул, – у меня есть правила, как обезопасить себя во время путешествий и нахождения в гостинице. Вот представьте себе, Танюшенька, что вы приехали в какой-то город и остановились в гостинице.

— Представила, Всеволод Викентьевич.

— И вот кто-то, такой же приезжий, как и вы, интересуется у вас, в каком номере вы остановились. Каковы будут ваши действия? – спросил он.

— Ну, я скажу, в каком номере я буду проживать, когда на ресепшен мне дадут ключи от него.

— Ни в коем случае, Танюшенька! Это фатальная ошибка. Ни в коем случае нельзя сообщать, в каком номере гостиницы вы остановились. Более того, нужно обязательно попросить портье, чтобы он не сообщал вслух ваш номер, а записал вам его на листке.

— Даже если я стою одна на ресепшен и никого вокруг нет? – уточнила я.

— А кто может поручиться, что как раз в этот момент кто-то возьмет и объявится поблизости? – предположил Белоцерковский.