Книга Непальская красная нить, страница 42 – Марина Серова

Подсчитаем: еда, доставка, массаж и другие спа-процедуры, платежи Окуневым за квартиру. Приплюсуем сюда покупку видеоигр и скинов, а также каких-нибудь других геймерских прибамбасов, о которых я имею смутное представление, но от знатоков наслышана, что расходы недетские. Так, на какие средства жил толстяк? Финансовый след исключительно важен, поскольку поможет определить круг общения Землянского, друзей и врагов. Если доход Олега нельзя назвать законным, то круг врагов получается довольно значительным. Да и круг друзей (очень специфических, лучше уж сказать «круг корешей») тоже отличается немалым радиусом.

— Что нам известно о жизни Землянского? Кем он работал?

— Ты словно вчера на свет родилась! – рассердился Кирьянов, больше для вида, чем на самом деле. – В настоящий момент следствие такой информацией не располагает. Учитывая его образ жизни, догадываюсь, что Землянский был фрилансером. Выполнял какую-нибудь работу на компьютере.

Я поняла, что никакой другой полезной информации не получу, потому что полиция и сама еще не располагает необходимыми сведениями. Попросив Сергеича держать меня в курсе новостей по делу и пообещав, со своей стороны, содействовать в розыске Первухиной, я покинула управление.

Мне предстоял крайне неприятный разговор с Дмитрием. Безрадостная миссия – сообщить отцу о том, что его дочь считают убийцей и объявили в розыск. Не представляю как, но как-то надо подготовить Первухина к предстоящей даче показаний в полиции.

* * *

В этот день Дмитрий преподавал, поэтому я поехала к нему прямиком в университет.

Старинный бастион наук – одно из интереснейших и прекраснейших мест города для тех, кого сюда не сослали насильно родители получать «вышку». Комплекс университетских корпусов, возведенный почти полтора столетия тому назад и впоследствии дополненный двумя-тремя постройками поновее, очерчивал квадрат посреди Тарасова. Внутри квадрата находились еще несколько зданий, некоторые соединялись с внешними, отчего университет местами напоминал запутанный лабиринт. По слухам, с третьего этажа головного корпуса, где находится виварий, можно было, петляя коридорами, спускаясь и поднимаясь по бесчисленным лесенкам, выйти к университетской обсерватории. Непременно надо будет по возможности проверить легенду.

Другой потайной ход, совсем недавно заблокированный в результате бесчисленных перестроек, прежде вел к довольно богатому музею палеоантропологии, мимо которого как раз пролегал мой путь. Стоило лишь свернуть влево от входа в аудиторию и нырнуть в затемненный коридор, как посетителю откроются экспозиции, полные костей мыслимых и немыслимых «антропов» каменного века, а также останков скифов, сарматов и прочих, более молодых, по историческим меркам, находок, включая главное сокровище кафедры – мумию купца времен Елизаветы Петровны, драматически погибшего в песках Заволжья.

Я рассчитала время так, чтобы прийти ближе к концу пары, поскольку отсидеть всю лекцию не горела желанием. И пожалела о своем решении! Такую лекцию каждому детективу стоило бы прослушать от начала и до конца. В аудитории ощущалась энергетически насыщенная атмосфера. Дмитрий сумел оставить подавленное настроение за дверью и общался со студентами весело и с явным удовольствием. Молодежь удалось зацепить интересной темой, некоторые так вообще слушали словно завороженные. Две чрезмерно экзальтированные девочки бросали на лектора многозначительные томные взгляды. Типичные вузовские воздыхательницы.