Книга Непальская красная нить, страница 76 – Марина Серова

Мы еще немного поговорили о том, какой же Алексей замечательный мужчина, прежде чем перейти к компромату на Овчинникову.

— Вы, конечно, слышали о Белозерове? – осведомился Афанасьев. – По роду деятельности вы, наверное, знаете о нем больше моего. Человек с огромными деньгами, один из «хозяев» Тарасова. Криминал за ним тянется еще с «лихих девяностых», но доказательств накопать не смогли. Так вот, представьте себе, Танюша, именно этот кошмарный человек стоит за фирмой «Падма Бхана». Не моя жена основала этот бизнес, и не она владеет им. Официальная информация об учредителе – фикция.

Сосредоточенно кивая, я поощряла мстителя продолжать рассказ, обраставший новыми жуткими подробностями, в которых, я более чем уверена, добрая половина на проверку окажется чистейшей воды вымыслом.

— Белозеров годами использовал центр просветления в качестве ширмы для отмывания средств, – гнул свою линию Алексей. – У него таких ширм по городу много, все записаны на подставных лиц. Чаще всего это какие-нибудь «успешные бизнесвумены». Любимая фишка Белозерова – поставить во главе своей фирмы женщину, а потом еще и пиарить эту дамочку. План олигарха сработал, дураки слепо верят в красивую сказочку. А я не дурак, я не верю! Вы-то сами вообще можете представить, чтобы женщина обладала знаниями и талантом для управления многомиллионным бизнесом?

Я манерно рассмеялась и даже приложила к глазам салфеточку, сделав вид, будто вытираю потекшую тушь.

— И что, вам удалось раскрыть их схему? – поинтересовалась я.

По лицу альфа-козла вновь разлилось самодовольство. Он многозначительно поднял и опустил брови.

— Невероятно! Каким образом?! – притворно восхитилась я.

— Я начал проводить собственное расследование. Знаете ли, я превосходно разбираюсь в финансовых вопросах. Одно время мне даже предлагали возглавить казначейство в «Тарасовкомбанке». Обещали зарплату два миллиона в месяц, лишь бы пошел к ним работать. Но я наотрез отказался. Сказать почему?

— Недостаточная сумма для человека с вашей квалификацией, я так думаю, – с серьезной мордочкой изрекла я.

К тому моменту мне сделалось ясно, что Афанасьеву можно говорить сколь угодно дикую лесть, потому что самовлюбленность мешает ему видеть иронию и троллинг.

— Это само собой, но не только. Бегло изучив отчетность банка, я тотчас понял, что его руководство регулярно совершает рискованные операции на большие суммы. Часть этих операций я бы назвал сомнительными. Поэтому я отказался от вакансии. И не прогадал. Угадайте, что вскоре произошло!

— Не представляю, – с придыханием произнесла я, хотя о судьбе коммерческого банка наслышана, как и большинство тарасовцев.

— Попробуйте!

— Теряюсь в догадках.

— У «Тарасовкомбанка» через месяц отозвали лицензию.

— То есть вы их раскусили еще раньше, чем Центробанк? – Я продолжала усердно выдавливать из себя безудержные восторги.

Ранее Афанасьеву не приходила в голову мысль, что он умнее всех специалистов Центрального банка, вместе взятых. Его приятно поразило, что я думаю о нем лучше, чем он сам о себе, и окрыленный Алексей запел соловьем. Битых двадцать минут мне пришлось выслушивать его громкие заявления о том, как великолепно он разбирается в финансовой сфере и как легко вычисляет признаки незаконной деятельности, включая отмывание денежных средств. Наконец, когда мое терпение уже иссякало, равно как иссякал и запас восхищенных «ахов», Афанасьев дошел до сути: