Книга Непальская красная нить, страница 91 – Марина Серова

— Более чем уверена! А как еще похититель смог незамеченным проникнуть в директорский офис, взломать сейф и выйти с бумагами? На каком-то этапе он бы обязательно засветился.

Мы обе с минуту сидели молча, мне требовалось время переварить услышанное.

— И что вы мне сделаете? – с безразличием спросила Матвеева, нарушив молчание. – Допустим, пойдете к хозяйке, и, допустим, она вам безоговорочно поверит. Я просто сменю место работы. Неужели вы считаете, что для меня проблема устроиться массажисткой в новое место? Надо будет, я в другой город переселюсь.

— Я вам ничего не сделаю, но уйти с этой работы вам придется. Не удивлюсь, если скоро «Дом у реки» прекратит свое безоблачное существование.

Последние слова произвели на Людмилу сильное впечатление. Она три года жила мирно и тихо, но вот организация, губить которую она не намеревалась, оказалась на грани ликвидации. Переплетение интриг в центре просветления было сложнее, чем представлялось воображению Матвеевой. Она ничего подобного не желала.

— Я отсюда уйду, – твердо произнесла Людмила. От природы сообразительная, она быстро сложила два и два. Матвеева посмотрела мне прямо в глаза и тем же решительным тоном попросила: – Найдите убийцу, Таня. И не дайте этому месту закрыться, если сможете. Мне здесь очень нравилось…

* * *

Злость на Машеньку съедала меня поедом. Безобидная с виду «няшка» знала, как в душу влезть, и поначалу мне очень понравилась; во мне, как и в Зине, проснулся инстинкт старшей сестры. Между тем мелкая пакостница притворялась, лгала, предавала и продавала друзей. Хотелось напугать подлую девчонку так, чтобы она в ногах у меня прощение вымаливала.

Пока я перечисляла Матвеевой вехи из ее биографии шантажистки, Маша успела покинуть «Дом у реки», чтобы купить легкий перекус на завтрак. Администратор остановилась у тележки с хот-догами недалеко от центра просветления. Здесь-то я и поймала девушку. Крепко обхватила ее за узенькие плечи, заставив вздрогнуть, и силой потянула к ближайшей скамеечке под деревом.

— Мой отчет сейчас на столе у подполковника полиции Кирьянова Владимира Сергеевича, – не давая девчонке опомниться, говорила я на ходу. Каждое слово я старалась произнести с максимальной злостью, и у меня получалось. После открывшихся фактов это было нетрудно. – Через час бумаги передадут на рассмотрение прокурору области. За участие в преступной деятельности тебя ждет колония строгого режима. Областная прокуратура работает только по процессам со сроками от пяти лет, не меньше. Пять лет тебе стопроцентно гарантированы.

Пробужденная гневом фантазия выплескивала угрозу за угрозой, одну нелепее другой. Для глупой девчонки, не представлявшей, как работает система правосудия, звучало правдоподобно. Свежий, аппетитно пахнущий хот-дог вывалился из трясущихся рук предательницы и покатился по пыли, оставляя за собой горчично-луковый след. Ничего не соображающая Машка, разобрав только слова «пять лет строгого режима», плюхнулась на скамеечку и, клещом вцепившись мне в руку, разревелась.

— Помогите мне, умоляю! – завопила девчонка. – Я не хотела! Меня заставляли! Я не виновата ни в чем!

«Заставляли тебя? Гадина еще не знала, в чем ее обвиняют, но уже была готова «топить» других людей. Двинуть бы ей по морде, да руки марать не хочется».