Книга Смерть антиквара, страница 67 – Марина Серова

Как показывает практика, которая отличается от теории, а уж тем более от детективов, орудие убийства найти сложно, неважно, холодное это оружие или огнестрельное.

Пока время есть, можно поискать тайник Сажина. Находился он явно не в квартире – ребята из полиции дважды обыскивали жилье убитого. Одно дело – заметки на клочках бумаги да на книжных страницах, и совсем другое дело – старинные драгоценности.

Дачи у покойного не было, родственники жили далеко, да и не общался он с ними. Прятал в камере хранения на вокзале? Банально, но почему бы и нет?

У Юли? Вполне возможно, но был риск, что сама хозяйка их найдет. (Вот тебе и любовь-морковь, сопли с сахаром – жил с женщиной, но активно вешал ей на уши лапшу. Или нет?) Она ведь не знала про подпольный бизнес своего любимого.

Или все-таки знала? Надо бы побеседовать с ней еще разок, все равно время есть.

Итак, где еще Сажин мог оборудовать тайник? Как вариант – сделать потайное углубление где-нибудь в стене квартиры, которое сложно обнаружить даже при самом тщательном обыске. А учитывая, что покойный антиквар был человеком рукастым (хоть и специализировался больше по механизмам и технике), он вполне мог что-то такое придумать.

Что ж, основных вариантов три: камера хранения, квартира любовницы и собственное жилье.

С чего начнем? Помнится, был у меня один знакомый с линейного отдела на вокзале. Вот ему и позвоню.

Эх, были бы у меня, как в полиции, ребята, пустила бы за Лозинцевым наружку. Но приходится обходиться тем, что есть.

Я не собираюсь, конечно, загримировавшись под ветхую старушенцию, ходить целыми днями по пятам за Андрюшей, но есть человечек, который не откажется мне помочь. Не бесплатно, конечно, но его помощь стоит любых денег. А вот к Юле Трошиной уже придется тащиться самой. Но этим я займусь завтра.

* * *

Венчик был на своем обычном месте. Счастливый человек, в его понимании, конечно. Живет себе, не пытаясь что-то изменить, при этом никогда не жалуется ни на жизнь, ни на судьбу-злодейку, ни на нехороших личностей, ни на прочие горести. При этом кажется весьма довольным жизнью. Хотя, почему кажется? По-моему, Венчик именно что доволен и счастлив. Наверно, где-то я ему даже завидую.

«Так, все, милочка, философию в сумочку, у тебя тут архиважное дело. Нафилософствоваться дома успеешь».

— Здравствуй, Веня, – с улыбкой поприветствовала его я.

— Здравствуй-здравствуй, девица-красавица, – улыбнулся в ответ бомж.

Я его застала на лавочке, на аллейке неподалеку от дома Лозинцева.

— Венчик, у меня есть дело к тебе. Большое и важное.

— Любое дело – пустяк, милая. Ибо все суета.

— Да, ты прав. – Я полезла в карман пальто, достала несколько приготовленных заранее купюр и протянула их Вениамину. – Последить надо за одним человечком. Живет недалеко. – Я назвала адрес Лозинцева и показала его фотографию.

— Аки волк и охотник, – заметил мужчина, забирая деньги. – Каждый из них думает, что охотится на другого.

— Венчик, погляди, пожалуйста, куда он ходит, ездит, с кем встречается. Поблизости, разумеется. Кататься за ним на автобусе не обязательно. Дня через три-четыре навещу тебя.

— Весна, милая, – снова улыбнулся он. – Жить становится веселее и проще.

Я попрощалась с Венчиком и отправилась к Юле. Сначала заглянула в только открывшийся «Махаон», где меня снова обрадовали тем, что их сотрудница сегодня опять выходная.