Книга Смерть антиквара, страница 79 – Марина Серова

— Ты думаешь, он, как наркобарыга, возьмет деньги и укажет на потайное местечко с закладкой?

— Я, Таня, допускаю и такой вариант. Лозинцев, хоть и несудимый, но с криминалом пересекался не единожды. В таком случае придется весь план перекраивать.

— А чего кроить? Взять его на пути к тайнику или при попытке спрятать. Киря, ты же сам говорил, что есть не только статьи УК и УПК, но и всякие нюансы в виде сносочек и поправочек.

— Говорил, говорил, – вздохнул Володя. – Ладно, будем действовать по обстоятельствам. На крайняк оставим запасной вариант – прихватим за фальшивые документы, когда он встретится с Лосем. Поприсутствовать не желаешь?

— Если только в качестве зрителя. Правда, придется слегка замаскироваться, а то Андрюша меня хоть один раз, но видел, кабы не заподозрил чего.

— Переоденем тебя под бабушку, торгующую семечками, – улыбнулся Киря.

— Тогда меня не то что Лозинцев, родная мать бы не узнала. Ладно, придумаю что-нибудь. Ну, и если помощь понадобится – я буду рядом.

* * *

На самом деле мне было до крайности интересно, кому же Лозинцев хочет продать фамильные драгоценности Елизаровых.

Мое воображение рисовало мужчину в возрасте от сорока пяти до семидесяти, непременно в пальто и шляпе, с тросточкой и пышными усами. Несколько старомодного, конечно.

Разумеется, я понимаю, что даже иностранцы и богатеи сейчас так не выглядят, но воображение – такая хитрая штука, которая создает то, что ему самому хочется.

Где-то в половине одиннадцатого я, уже не торопясь, прогуливалась в Центральном парке, неподалеку от входа. На зрение я не жаловалась и Андрюшу бы засекла, с какой бы стороны он ни подошел.

Переодеваться под бабку с семечками я не стала, просто нацепила большие солнечные очки, беретку и длинный пуховик, извлеченный на свет божий из глубин моего платяного шкафа. Я давно собиралась от него избавиться, но все руки не доходили. И сегодня я порадовалась, что не отправила данный предмет гардероба в утиль – он мне пришелся как нельзя кстати.

Все-таки прав был тот, кто первым сказал, что нет ничего хуже, чем ждать и догонять. Хоть до означенного времени и оставалось менее получаса, время тянулось очень медленно. Я уже сходила в кофейный ларек неподалеку, посмаковала средненький по качеству напиток под названием «Карамельный латте», прогулялась по ближайшим дорожкам и даже сделала небольшой круг по парку.

Краем глаза я посматривала на пятачок перед входом. Мужчин в шляпах, с усами и тросточками не наблюдалось. Где-то поблизости должен быть Киря (наверняка засел в своей или служебной в машине) и его ребята-оперативники (максимум человека два-три). Вряд ли на это действо выделили целый взвод оперов или полицейских силовиков: больно жирно для какого-то жулика, пусть и замазанного в двух убийствах.

Да, смерть гражданки Лаптевой тоже на совести Лозинцева, неважно, случайной она была или нет. Накануне, кстати, я порылась в интернете, изучила фамильное древо местных дворян Елизаровых и их близких и дальних родственников. Но результат меня не порадовал: ни о каких Лаптевых там и не упоминалось. Это меня не особо огорчило – вдруг покойная бабуля была Лаптевой по мужу? Или ее родители сменили благородную фамилию на что-то попроще. Еще один вопрос, ответ на который мог дать лишь бывший археолог Андрей Лозинцев.