Книга Свадебная вендетта, страница 41 – Марина Серова

Я улыбнулась.

— Годы прошли, она в университет поступила. Я спрашиваю как-то: «Вика, а зачем на филфак пошла?» Сейчас молодые-то все денежные профессии изучают. Экономист там, менеджеры всякие. А она смеется: «Ты что, не помнишь, дядь Вов? Я же буду министром образования! Мне педагогическая специальность нужна».

— И что, Вика так и не рассталась с этой мыслью?

— Не рассталась. Ну, может, прямо о должности министра не говорила, но карьеру хотела делать в образовании. Только по-честному.

— Как это?

— Она закончила филфак, стала учителем русского языка и литературы. У Риты, матери ее, связи были в отделе образования. Она предложила девочке помощь, но Вика отказалась и устроилась в простую школу. Я, говорит, хочу профессию с самых азов осваивать. Работник сферы образования должен сначала поработать с детьми и знать все о педагогике. А то у нас учебники и программы пишут идиоты, которые никогда школьников в глаза не видели и ни одного урока в своей жизни не провели.

— Это серьезный подход.

— А Вика вообще очень серьезно относилась к своей жизни. Так же как к своим словам и целям. Я, признаться, даже не поверил сначала, что она решила замуж выйти и приглашение мне вручила.

— Почему?

Владимир Павлович пожал плечами:

— Викуля всегда говорила, что личное мешает карьере. Она мечтала сперва добиться определенного положения, а потом уже думать о муже.

— Ну, сильная любовь не спрашивает…

— Да не верю я в сильную любовь, – Владимир Павлович даже в лице изменился, – а уж в любовь к Виктору мне тем более тяжело поверить.

Я удивленно подняла глаза, и генерал недовольно осклабился:

— Распространенное мнение, что противоположности притягиваются, – это только заблуждение. Если людям не о чем говорить, если нет общих точек соприкосновения, то как жить вместе? На одной физиологии далеко не уедешь. Семья – это единство душ.

— Понимаю.

— Виктор – красивый парень, но он же, простите, тупой.

Гарик при этих словах недовольно нахмурился, но, к счастью, смолчал.

— В смысле, у него не было хорошего образования?

— Да дело не только в образовании. Дело в его воспитании, поведении. Парень рос в деревне, без отца. Некому было ему мозги вовремя вправить. Алла Михайловна – очень сильная, мужественная женщина, но женщина. Матери одной трудно воспитать сына достойно. Такое детство просто так не вытравишь. И не скроешь за красивым пиджаком и дорогой машиной. Он очень задавался, не скромничал. Словно это свое случайное богатство хотел выставить всем напоказ, – Владимир Павлович перехватил мой взгляд и осекся, – хотя я не хочу очернять его в ваших глазах. Обычный мальчишка, довольно веселый и добрый.

— Он же хорошо зарабатывал, значит, все же не так уж был глуп, – осторожно напомнила я.

— Да. Но Вика… поймите… ей нужен был более достойный избранник. Тот, который бы ценил ее достижения, ее ум, ее характер. Ей нужен был равный.

— А Виктор, конечно, считал, что это он до нее снизошел, – понимающе подхватила я.

— Вот именно, – согласился Владимир Павлович и тут же спохватился: – Погодите. А почему вы говорите о нем в прошедшем времени?

Я промолчала.

— Боже мой… он что, тоже… их что, обоих убили? – Мой собеседник побледнел и опять закрыл лицо руками. – Какой кошмар… как же так? А я столько наговорил про несчастного парня… простите…