Книга Принеси меня в жертву, страница 79 – Марина Серова

— Кто это был?

— Мареев. А за столом с ним сидел Антон Саранский. Но тогда я еще не знала их по именам. Но было видно, что не идиоты, а Игорь действительно хотел помочь.

— Интуиция? — обронила я.

— Ага. Мы согласились. Подружку больше не тошнило, машина после нас осталась чистой. Сначала водитель завез ее, а потом поехал в сторону моего дома. А потом я поняла, что мы едем совсем не туда.

— Как интересно.

— Если можно так сказать. Машина вернулась к ресторану, я к тому моменту уже успела обозвать шофера козлом и плюнуть в него. Потом извинилась, конечно. В дверях ресторана меня встретил Мареев. Вручил букетище из белых роз, подставил локоть и говорит: «Вы мне очень понравились. Пожалуйста, проведите со мной вечер, если вы не заняты. Потом вас отвезут домой, но если я вам совсем не нравлюсь, то лично вызову такси».

О том, что он совладелец, доложил сразу. Попросил не волноваться, потому что ничего плохого со мной не случится. Умолял не обращать внимания на интерес других посетителей и сказал, что ненавидит сплетни. «Они все дураки, — говорит. — Им только кажется, что они нормальные». Мне так смешно стало. Потом угостил вином и кофе. Уточнил, что кофе очень редкий и вкусный. Сходил на кухню и принес нам по чашечке. «Я сам его всегда готовлю в исключительных случаях, в меню его не найдете».

«Сорт „Мадео“», — вспомнила я и поняла, что начинаю ревновать.

— Так и познакомились, — продолжала Наташа. — Посидели час, не больше. Потом его водитель отвез меня домой, и я уже не боялась, что он пропустит нужный поворот. К тому же он мне по секрету сказал, что Игорь на самом деле предпочитает сам быть за рулем, но именно сегодня он пригубил коньяк во время деловой встречи. И добавил: «Ты первая девушка, которую я везу домой по его просьбе». Это о многом говорит, правда?

А утром меня вызвала на ковер директор. Сказала, что была замечена в самом дорогом ресторане «Первая свежесть» в стельку пьяной. И шлепнула на стол распечатанные фотки, а на них я с подружкой, которая еле на ногах стоит. И, главное, люди, люди кругом. «Детям, — говорит, — такой пример не нужен. Пиши заявление по собственному». Меня как обухом по голове ударили. Попыталась воззвать к ее разуму, но там давным-давно все паутиной затянуло. Я решила, что с такими людьми мне не по пути. Нет, ну, ты представь? Какие дети меня могут увидеть в ресторане в час ночи? А если и увидят, то что будет-то? Я им потом историю не смогу преподавать? И какая такая сволочь меня сфоткала в «Свежаке»? Ресторан-то дорогущий. Значит, деньги на бухло у родителей есть, а на билеты в музей наскрести не могут? Уроды.

Игорь позвонил вечером, я все ему рассказала. Он предложил уладить вопрос. У него какие-то связи были, но я отказалась. Думала, что быстро найду работу в другой школе, но не нашла. Ни в одной школе не требовался учитель истории. Пробовала заниматься репетиторством, но история как наука мало кому оказалась интересна. И тогда Игорь предложил съехаться. Сказал, что уже взрослый мальчик и сам сможет обеспечивать меня. Не знаю, почему я согласилась. У меня же родители в Тарасове живут, помогли бы продержаться… Не знаю. Но я выбрала Мареева.

Мы хорошо жили, правда. Три года ни одной серьезной ссоры. А потом он стал замечать, что меня тянет к женщинам. Не на трезвую голову, а когда выпью.