Книга Эхо далекого прошлого, страница 77 – Марина Серова

— Вот и Васильевна вышла, – прокомментировала женщина. – Привет, Надежда Васильевна.

— И тебе не болеть, Варвара Афанасьевна, – откликнулась пенсионерка. – У тебя никак гости? – спросила она и кивнула в мою сторону.

— Да нет, какие гости. Эта девушка пришла к Валентине. А я ей сказала, что нет ее дома, в больнице она, – объяснила Варвара Афанасьевна.

— Это верно, – вздохнула Надежда Васильевна. – Я была у нее в больнице, плоха она очень.

— А сын, Георгий, к матери приходит? – спросила я.

— Да что вы, девушка? Он к матери давно дорогу забыл. Забыл, как она одна его растила, тянула изо всех сил, – ответила Надежда Васильевна.

— Значит, Георгий здесь давно не появлялся? – уточнила я.

— Очень давно, – ответила Надежда Васильевна. – Да и хорошо, что не появляется. Ведь он как был бандитом, так им и остался, несмотря на то что отсидел. Я ведь давно знаю эту семью. И Герку этого шалопутного знаю, почитай, с детства. Он еще тогда был таким оторвой! Ну, понятное дело, ведь без отца рос, вот и результат. Папашка-то его мало того, что закладывал за воротник по полной, так еще и бросил Валентину. Ну, ушел к другой бабе. Вот не понимаю я таких, которые всяких пьянчуг принимают. Правда, недолго прожил потом этот Геркин горе-папаша, помер вскоре, как от Валентины ушел. Валентина-то на нескольких работах убивалась, чтобы прокормиться. А Герка этот хоть бы когда матери-то помог! Нет, он считал любую работу ниже своего достоинства. Все всё ему должны, только он один такой фон-барон! Правда, кулаками махать он научился здорово. Я еще помню, как Герка был совсем маленький, а уже отбирал игрушки у соседских детей и уносил их к себе домой. «Мое!» – кричал. Валентина потом с извинениями относила их обратно. Потом, когда он повзрослее стал, то все больше времени стал проводить на улице, а не дома. Хотя Валентина никаких хахалей домой не приводила, как некоторые. Дома у нее всегда была чистота и порядок. Небогато, правда, но зато тихо и спокойно. Опять же Герка всегда был накормлен и ухожен. Но этот сукин сын никогда не ценил того, что мать для него делала. А в школе-то как он учился! Одно название, что учился. Переползал из класса в класс, перебивался с двойки на тройку. Ну, понятное дело, что учеба-то его не интересовала. Куда как интереснее кулаками махать. Сначала с одноклассниками дрался, потом вроде как на каких-то там танцульках, или как это по-современному называется… а, ночные клубы, вот.

— Так что, Георгий только по ночным клубам ходил? И больше ничем не занимался? – спросила я.

— Ну как не занимался, очень даже занимался. Только вот все больше какими-то темными делами, – сказала Надежда Васильевна.

— Какими же? – уточнила я.

— Да я толком-то и не знаю. Ну, чем занимаются все эти, как их, уголовные элементы? Вроде говорили, что он собирает деньги с каких-то там ларечников-торгашей. Ну, что вроде платят они ему за то, что… в общем, не знаю. Сейчас такие времена настали, что нам, старым, и не понять уже, – сказала женщина.

«Так этот Георгий Толоконников, похоже, занимался рэкетом, – подумала я. – А что: делать-то практически ничего и не надо. Только припугнуть, и вот торговцы – владельцы небольших торговых точек – уже сами несут денежки на тарелочке с голубой каемочкой. А несогласных можно проучить как следует, благо что кулаками махать научился».