Книга Всего лишь капелька яда, страница 60 – Марина Серова

Я пожала плечами.

— А вот когда я увидела его в гробу, то как-то успокоилась.

— Значит, ты боялась именно Якова Самуиловича? И просила спрятать тебя только потому, что его еще не зарыли в землю?

— Да. Почти.

— И теперь ты можешь вернуться в город?

— Я бы вернулась, но куда? В квартире пусто, противно, а здесь у тебя хорошо. Я оплачу все расходы, связанные с моим пребыванием здесь. Или тебя что-то не устраивает?

— Может, тебе перепоручить все, что касается продажи твоего имущества какому-нибудь другому специалисту, который лучше меня разбирается в этих делах? Да и как быть с гонораром за мою работу? Неужели тебе не интересно, кто убил твоего мужа?

— Уже нет. А деньги оставь себе.

Я отказывалась понимать эту женщину. Она, похоже, совсем выжила из ума. Для того чтобы успокоиться, ей, оказывается, надо было только увидеть мужа в гробу.

Как трудно подчас бывает понять людей. Особенно женщин.

Я сказала, что разрешаю ей оставаться на моей даче столько, сколько ей будет угодно, и поехала в город. У меня в голове воцарилась такая путаница, что мне необходимо было побыть одной и все обмозговать.

Приехав домой, я первым делом набрала номер Янтарева.

— Хорошо, что ты позвонила. Человек, о котором я тебе говорил, уже в городе. Он приехал два часа назад. Мы следим за ним.

— А где он остановился?

— В гостинице «Европа». У тебя есть какие-нибудь мысли на этот счет?

— Есть, но не по телефону… Я прошу тебя, держи меня в курсе, хорошо? Он наверняка будет искать контакта с людьми Липкина. А это очень важно.

— Ну, то, что это важно, мы знаем и без тебя.

Я положила трубку. Мне не хотелось верить в собственные предположения. Слишком уж все было страшно…

Я достала записную книжку Алины и отыскала там телефон Наташи. Просто Наташи, без отчества.

Я позвонила по нему:

— Пригласите, пожалуйста, Наталию Александровну Соломонову, — попросила я, услышав мужской голос.

В трубке немного помолчали, затем ответили:

— Вы, наверное, не знаете, что Наташа умерла, — и повесили трубку.

Я позвонила Медвянникову и предупредила о своем приезде.

— Лева, — сказала я, входя к нему в лабораторию, — только не удивляйся, пожалуйста. Ты не заметил ничего особенного, когда делал анализы спермы этих мужчин?

Он обхватил руками голову.

— Черт, вечно ты впутываешь меня в свои проблемы. Заметил, конечно. Она свернулась тогда, когда еще не должна была свернуться. Ты не волокешь в этом, но поверь мне, такой спермы я еще ни разу не встречал.

— Спасибо. — Я достала деньги. — Вот. Возьми, обещаю, что в ближайшие несколько дней оставлю тебя в покое.

Затем я поехала к другому эксперту с письмом от Янтарева. Это был симпатичный толстяк, совершенно лысый и ужасно смешливый. По всякому поводу и без он хохотал как мальчик.

Я протянула ему три целлофановых пакета и спросила, когда будут готовы анализы.

— Тебя интересует краска для волос? Занимательно. Приходи утром, я постараюсь определить. А у Янтарева неплохой вкус.

В Кукушкино я приехала в полдень. Сразу же пошла к Полине.

— Скажите, у Якова Самуиловича кто-нибудь работал на участке? Какие-нибудь люди, которых он нанял для того, чтобы посадить цветы, ну, я не знаю там что, словом, привести в порядок сад или огород?

Полина посмотрела на меня как на сумасшедшую.