Книга Забытые грехи юности, страница 58 – Марина Серова

— Да, это так, Константин Александрович, — подтвердила я.

— А я, в свою очередь, хочу вас спросить: этот негодяй, наркоман, он наконец признался в том, что лишил жизни мою дочь? — спросил мужчина.

— Нет, не сознался, Константин Александрович. И знаете что? У меня есть большие сомнения в том, что он признается.

— Вот как! Но почему? Ведь все указывает на него! — воскликнул Загребенников.

— Это спорный момент, Константин Александрович, — возразила я.

— Но как же так? — недоумевал бизнесмен.

— Главная улика — это орудие убийства. А оно так и не было найдено, — объяснила я.

— Вы имеете в виду, что не найдена удавка? — спросил Загребенников.

— Удавка, или веревка, или шарф, или же ремень, — перечислила я возможные варианты.

— Он мог задушить Настю просто голыми руками, — возразил бизнесмен.

— Нет, экспертиза показала, что вашу дочь задушили не руками, а неким предметом, похожим на удавку. Кроме того, деньги так и не были найдены. А Григорий Солодовников утверждал, что Анастасия позвала его домой, чтобы дать ему деньги.

— И вы ему верите, Татьяна Александровна? — с возмущением спросил Загребенников. — Как можно верить конченому наркоману? Это самое последнее дело!

— Последнее или не последнее дело, Константин Александрович, но я опираюсь на факты, — возразила я.

— И что же? — Константин Загребенников вопросительно посмотрел на меня.

— Факты соответствуют показаниям Григория Солодовникова, — ответила я.

— И вы, Татьяна Александровна, считаете, что этот… он говорит правду? — с негодованием воскликнул мужчина. — Он что же, даже не будет осужден?!

— Константин Александрович, успокойтесь, пожалуйста. Вы поймите только одно: если у суда возникнут сомнения в виновности Григория Солодовникова, то дело неминуемо возвратится на доследование. И если вас интересует мое личное мнение относительно того, на самом ли деле Солодовников является убийцей вашей дочери, то да, у меня есть в этом сомнения. Я могу понять ваши чувства, правда. Вы считаете этого парня виновным только потому, что и раньше питали к нему неприязненные чувства, считали его недостойным своей дочери. Это все понятно. Но вы поймите, что очень возможно, что настоящий убийца Анастасии находится сейчас на свободе. Поэтому я предлагаю вам не горячиться, а вместе попытаться разобраться в этом деле. Вы согласны со мной, Константин Александрович? — спросила я.

Загребенников молча кивнул.

— Очень хорошо. Тогда ответьте мне на такой вопрос: Анастасия была знакома с Ренатой Смолянинниковой?

Константин Загребенников удивленно посмотрел на меня.

— Да вы что, Татьяна Александровна? С чего бы это ей быть знакомой с моей сотрудницей? — спросил он. — Ну и вопрос вы задали!

— Ну мало ли… Во-первых, вы сами говорили, что ваши отцы дружили. Возможно, встречались семьями? А возможно, они были знакомы, просто вы об этом не знаете. Анастасия ведь бывала у вас в офисе? — задала я следующий вопрос.

Бизнесмен пожал плечами.

— Семейных обедов мы не устраивали, дружили все-таки наши отцы. Настя в офисе бывала. Но очень редко. Я вот сейчас даже и не припомню, когда она была у меня в офисе последний раз. Точно не в этом году.

— Хорошо. Тогда скажите, а куда вы кладете ключи от сейфа на ночь? — спросила я.

— Ну… они лежат у меня в борсетке, а ее я оставляю на комоде в коридоре. Это удобно, чтобы не заморачиваться с поисками утром, когда я собираюсь идти на работу, — объяснил бизнесмен.