Книга Мост самоубийц, страница 22 – Марина Серова

— И на чердаке никого не находили? — спросила я с усмешкой.

— Почему же? Находил. Кошку. Ее же собственную кошку, которая там гоняла воробьев. Спустил ее и отдал лично Ольге Михайловне в руки, а она пробурчала что-то — вот как сейчас — и захлопнула дверь.

Участковый не удержался и откусил от булочки.

— Извините, с утра ничего не ел, — сказал он, стряхивая с рук крошки.

— Не стесняйтесь меня, — опять улыбнулась я. — Петр Иванович, кто заходил в квартиру Полины после того, как стало известно о случившемся?

— Следователи и криминалисты были, — пожал плечами толстячок, — сестра Полины Саша.

— И больше никого?

— Квартиру опечатали. Так что там никто не ходил. А потом, после похорон, только Саша наезжала. Но вот тут точно я вам сказать не могу, потому что, сами понимаете, не сижу постоянно у нее под дверью. Если кто и приезжал, то я не в курсе. Поверьте, я был бы и рад сообщить вам что-то полезное, но о Полине больше ничего не знаю.

— Хорошо, Петр Иванович. Спасибо за беседу.

— Уже уходите? — огорчился толстячок и потер шею, покрасневшую от врезавшегося в нее воротничка. — Жалко. Нечасто ко мне заглядывают частные детективы. Особенно такие… такие… — Он засмущался и мгновенно залился краской.

— Детектива ноги кормят, поэтому мне пора, — пошутила я, но сделала только хуже. При упоминании о ногах, участковый машинально перевел взгляд на мои бедра и побагровел еще больше.

— Я еще загляну, — пообещала я, не вполне уверенная, что сдержу обещание. Хотя кто знает, куда выведет меня это расследование?

Пухлый капитан грустно улыбнулся.

— Заходите, конечно.

* * *

Следователь Морошин оказался хмурым, гладко выбритым брюнетом с усталым, злым взглядом. На вид ему было едва за тридцать, но сетка лучистых морщин, которая расходилась от его глаз, говорила о том, что он гораздо старше. Я удивилась про себя — такие морщинки бывают у улыбчивых людей, а капитан Морошин не производил впечатление человека, которого в жизни могло что-то радовать. Мне хватило секунды, чтобы понять: дружелюбия участкового Петра Ивановича в этом кабинете можно не ждать.

— Кто вы?

Я вздохнула. Почему сегодня все обращаются ко мне именно так?

— Иванова, частный детектив. — Я раскрыла свидетельство перед лицом Морошина. Он, нахмурив брови, вчитался в него, но, на удивление, не выказал ни иронии, ни сарказма, которые я обычно привыкла слышать.

— Что вам нужно?

— Я хотела поговорить с вами о деле Полины Усольцевой.

Лицо Морошина стало еще более кислым. Он отвел взгляд в сторону и произнес четко и сердито:

— Нет никакого дела Полины Усольцевой. Вы ошиблись. Не буду вас задерживать.

Я села напротив капитана на низкий неудобный стул.

— Отчего же? Я не против задержаться. Дела, может быть, и нет, но некоторые обстоятельства мне бы хотелось прояснить. Дело в том, что сестра погибшей…

Я не договорила — следователь прервал меня раздраженным жестом:

— Погодите. С чего вы вообще взяли, что я буду об этом говорить? Вы не родственница погибшей, а совершенно постороннее лицо.

«Ох, как трудно с тобой будет!» — мелькнула в моей голове мысль.

— Послушайте, — я максимально смягчила голос и постаралась придать ему проникновенную, интимную интонацию, — я не прошу каких-то официальных бумаг или разглашения закрытой информации. Вы и сами сказали, что дела никакого нет. Считайте, что я просто забежала к вам в обеденный перерыв поболтать.