Онлайн книга «Мост самоубийц»
|
— До свидания. Еще одно слово, и я влеплю вам статью за оскорбление сотрудника при исполнении. Уходите и не забудьте дверь закрыть поплотнее — там замок ненадежный. Я двинулась к выходу, но все же не удержалась от последней попытки заинтересовать следователя: — Полина купила веревочную лестницу и билет на поезд. А через два часа пошла и скинулась с моста. Морошин молча посмотрел на меня и дал понять, что будет смотреть до тех пор, пока я не выйду из кабинета. — Вот поэтому вы и обедаете в одиночестве. Никто не хочет сидеть за одним столом с Настольной книгой дознавателя. Я выскочила за дверь, ругая себя последними словами за то, что не смогла справиться с эмоциями. Кирьянов же предупреждал, что с Морошиным будет тяжело. Зачем я вообще сюда пришла? Надо слушать старых опытных друзей, которые пытаются облегчить свою жизнь. Пока я бесполезно сотрясала воздух у непрошибаемого следователя, на улице похолодало. Воздух стал как будто плотнее и гуще. За тесной толпой многоэтажек показалось свинцовое облако. Я хотела пройтись до злополучного мостика, чтобы самой осмотреть место, откуда прыгнула Усольцева, но сомневалась, что дождь не застигнет меня в дороге. Кроме того, спина разболелась не на шутку. Пора было принимать лекарство и натирать поясницу чудодейственной мазью, прописанной врачом, но я все оставила дома, потому что надеялась к этому времени вернуться. Я уже вытащила телефон, чтобы вызвать такси, как вдруг около меня резко притормозила машина, едва не обдав меня грязной водой из лужи на обочине. — Иванова! Что ты тут делаешь? Это был Владимир Сергеевич Кирьянов, которому я обрадовалась, как родному. Киря выскочил из машины и раскрыл передо мной дверцу. — Неужели подвезешь? — спросила я из вежливости. — А что с тобой делать? Как спина? Выглядишь не очень. Я, ойкая, забралась на заднее сиденье служебного уазика. Владимир Сергеевич сел рядом и хлопнул водителя по плечу: — Петренко, гоу! — И назвал мой адрес. — Нет, погоди, Петренко! — взмолилась я. — Меня не домой. Мне в Туристический парк нужно, туда, где Мост Влюбленных. Раз уж такая удача, решила я, проеду до мостика и оттуда вызову такси. Зачем откладывать дело, если можно воспользоваться удачными обстоятельствами? Сержант глянул в зеркало заднего вида. Кирьянов недовольно кивнул. — Ладно. Гони туда. — Он повернулся ко мне: — Ты что, уже работаешь? А постельный режим кто будет соблюдать? — Мне прописывали отдых, а не постельный режим, — возразила я, — можно сказать, я уже отдохнула. А тебя сюда каким ветром задуло? — Коллегу подвозил. Смотрю — ты выходишь. Физиономия недовольная, за спину держишься. Пожалел калеку. Я легонько шлепнула его по руке. — Такта в тебе, Кирьянов, ни на грош. — Я так понимаю, ты к Морошину ходила? — Ходила, — недовольно призналась я. — И получила тряпкой по морде, — констатировал Владимир Сергеевич. — Получила. — А я тебя предупреждал? — Предупреждал. Но я должна была попробовать, понимаешь! Там и правда не так все гладко, как кажется на первый взгляд. Я была дома у этой Полины… Кирьянов поднял бровь, и мне пришлось уточнить: — С разрешения и в присутствии ее сестры. — Слава богу. И что нашла? Листок с надписью: «Я не прыгала с моста»? — Твой циничный сарказм тут не уместен. Все-таки человек погиб, — укорила я друга. Владимир Сергеевич виновато улыбнулся. — Обнаружились весьма странные покупки: веревочная лестница и билет до какой-то станции Уварово в Ивановской области. Обе покупки сделаны через Интернет и оформлены за два часа до ее предполагаемого самоубийства. Тут как минимум есть вопросы. Я нашла тетрадь с чеками. Усольцева вела подробный учет своим расходам. Все чеки вклеены вплоть до даты смерти. Зачем это делать в последний день, если ты решила покончить с собой? Мне кажется, такой человек в последние дни жизни должен пребывать в состоянии депрессии, и ей точно было бы наплевать, сколько она тратит и куда. А еще и вклеивать чеки из продуктового? Для чего? И в шкафу еще гора неглаженого белья. Вот скажи мне, если ты решишь свести счеты с жизнью, неужели будешь белье стирать, сушить и в шкаф складывать? |