Книга Девица высокого помета, страница 25 – Маргарита Южина

— Да ладно? — фыркнула Машка и вдруг насторожилась. — А почему от тебя прячется? Может быть… Может… им есть, что скрывать?

— Не знаю… Я б на его месте скрывала уже то, что они снова с этой Владленой, Хотя… Можно подумать, я его за ноги держу! Надо, так пусть и шурует к ней! Маш, где у тебя нормальный чай, без этих добавлений из Шипра? — поморщилась Сашка, а потом задумчиво проговорила, — Но я знаю одно — нам теперь надо обсуждать все расследование только между тобой и мной, а потом уже смотреть — стоит ли говорить кому-то еще или … или не стоит.

— Да, правильно!..Чай черный вон в той банке… Значит, обсуждаем только ты, я и… И Андрей. Он уже приступил к расследованию, — быстренько прощебетала Машка и подозрительно отвела глаза к окну. — Кстати, вот такой мужик! Егоровну сегодня привез, выгрузил. И со мной так… Знаешь, так на меня смотрит, ты б видела…

Машка закинула руки за голову и мечтательно прикрыла глаза. Сашка вздохнула — похоже, у сестрицы начинался очередной брачный период.

— Представляю… — резко прервала она мечтания близняшки. — Но знаешь, давай, все же, сначала мы с тобой обсуждаем, а уж потом все остальные.

— Хорошо. Ты ж меня знаешь, я — никому.

В пятницу были похороны. За день до этого сестры узнали, где будут хоронить Ассирию, а потом уже выбрали могилку, где они будут «оплакивать свою родственницу». Это была заброшенная могила какой-то бабушки. Травы здесь было столько, что можно было спрятать и верблюда.

Сыщицы подготовились серьезно. Сашка была одета в темную старушечью кофту, в какую-то рябую юбку и подвязана платком в белый горох. Машка и вовсе «косила» под мужика. Старые джинсы, куртка не первой свежести, да еще и шляпа, снятая с соседского пугала.

Пришли сюда сестры за полчаса до похорон Ассирии.

— Камеру принесла? — спросила Маша.

Саша достала из коробочки небольшую камеру и принялась закреплять ее на кресте, замаскировав новеньким веночком. Машка все это время активно дергала пожелтевшую траву.

— Маш! Ты сильно-то не старайся, а то будем здесь торчать, как два волоса на лысине! Нам же спрятаться где-то надо, чтобы в глаза не бросаться.

Машка немедленно бросила дергать сено, уселась на низенькую скамеечку, тут и показалась похоронная процессия, которая не спеша, двигалась к выкопанной могиле.

— Сашка, давай, снимай на телефон, — зашипела Машка, как-то странно припрыгивая возле могилки старушки.

— Маша, мать твою! — прошипела сестра. — Что ж ты скачешь, как крольчиха на свидании! Быстро схватила бутылку с водой и начала мыть крест… Спокойно начала мыть… Ого… а чего ж народу — то почти совсем нет?

Машка лила воду из бутылки и разглядывала, кто выходит из автобуса. Народу, и в самом деле, было очень мало.

— Зато главные лица в сборе, — фыркнула она.

— Ты про Пашку?

— Чего это? Я про… да то что — сама не видишь?

— Да что ж такое-то! — выдохнула Сашка.

Возле белоснежного гроба, усыпанного цветами, стоял поникший Пашка, какая-то помятая тетка с толстым животом, девушка бледного вида в огромных очках… ветеринар — что удивительно, и… ну как же без нее — рыдала навзрыд Алина.

— Нет, ты на нее посмотри, — шипела Сашка. — Она еще и вопит от горя!

— Ага… Глянь, как к Пашкиному плечику припадает, — хихикала Машка. — Того и гляди, сама в могилку кинется.