Книга И ад следовал за ним. 1914, страница 129 – Ник Савельев

В зале прошло движение. Генерал фон Войтех переглянулся с Потиореком. Леопольд Сальватор сидел всё так же неподвижно, но взгляд его сделался ещё жёстче.

— Третье, взрывчатое вещество, – Ронге говорил теперь медленнее, придавая вес каждому слову. – Экспресс-анализ остатков заряда, проведённый экспертами в Блумау, подтверждает, что применён динамит марки «Z». Та же горная взрывчатка, что использовалась ранее в Вене, Брно и Усти-над-Лабем. Состав идентичен во всех случаях.

Генерал-майор фон Войтех обвел взглядом присутствовавших.

— Господа, – произнёс он, глядя на эрцгерцога, но обращаясь ко всем, – полковник Хольцер задал самый важный вопрос. То, с чем мы столкнулись, выходит за рамки простой диверсии. Ронге, спасибо за доклад, садитесь. Две недели назад комиссия, направленная моим комитетом, осмотрела завод в Блумау и пришла к выводу, что предприятие практически неуязвимо для одиночного диверсионного удара. Полковник фон Хорнштайн – опытный офицер с инженерным образованием. Инженер Килиан – лучший специалист по бездымным порохам в империи. Оба осматривали цеха, оба знали технологию до тонкостей. И оба исходили из одного и того же предположения. Теперь, задним числом, я вижу, что именно в этом предположении и заключалась ошибка.

Он сделал небольшую паузу, проверяя, все ли следят за его мыслью.

— Комиссия полковника фон Хорнштайна, как и конструкторы завода, полагала, что диверсант будет действовать в логике причинения максимального физического ущерба. Взорвать работающий меланжевый реактор, поджечь сушильню, уничтожить склад готовой продукции. Именно к этим угрозам завод и был подготовлен. Все меры защиты, валы, изоляция, дублирование реакторов, запрет на хранение нитроглицерина, рассчитаны на то, чтобы предотвратить или локализовать разрушение. Это военная логика – защищать то, что горит и взрывается.

Фон Войтех медленно обвёл взглядом сидящих за столом и чуть повысил голос.

— Но преступник рассуждал иначе. Он атаковал не то, что взрывается, а то, что обеспечивает процесс. Он выбрал единственную точку, дублирование в которой мнимое. Да, насосов два. Но они стоят в одном помещении и оба изготовлены из ферросилида, материала, который не поддаётся ремонту. Уничтожьте оба разом, и дублирование исчезает. Это не ошибка проектировщиков. Инженеры мыслили категориями надёжности оборудования и предусмотрели резерв на случай отказа. Но они не мыслили категориями диверсии и не предусмотрели резерв на случай одновременного разрушения. Преступник знал эту разницу.

— Но откуда? – резко спросил Хольцер. – Откуда он мог знать то, чего не видели наши лучшие специалисты? Почему насосы находились в одном помещении, как это соотносится с этими вашими кавитациями и взрывами?

Фон Войтех взял со стола телеграмму.

— Это и есть самый тревожный вопрос. Позвольте напомнить. Инженер Килиан, начальник технической части завода, в своём докладе, составленном менее недели назад, перечисляет уязвимые места. Он называет три точки – станция нитрации, желатинизационная мастерская, сушильни. О насосах ни слова. Килиан блестящий химик. Но он, как и все мы, не видел угрозы там, где она реализовалась. Задача насосов – подавать смесь кислот с заданными параметрами в меланжевую мастерскую по трубопроводу. Взрыв при нарушении технологии возможен только там. Сами насосы надежно защищены, находятся в другом здании, за земляным валом. Поэтому они и размещаются в одном помещении – так проще их защитить и обеспечить стабильность параметров при переключении.