Книга Дело о золотой мушке, страница 104 – Эдмунд Криспин

По дороге к театру Фен сказал Найджелу и сэру Ричарду:

— В последний раз в этом театре я поклялся себе, что ноги моей здесь больше не будет, – и однако же вот он я. Между прочим, я надеюсь, – добавил он, обращаясь к Найджелу, – что мой друг-актер появится вовремя. Перед спектаклем я хотел бы познакомить его с Хелен.

Найджел кивнул: он был слишком возбужден, чтобы что-либо ответить.

— Кроме того, – понизив голос, обратился Фен к сэру Ричарду, – надеюсь, все приготовления сделаны?

— Инспектор и его люди прибудут загодя. Собственно, несколько человек уже там – следят за порядком в толпе. Жаль, – посетовал сэр Ричард несколько отрешенно, – что вы испортили себе вечер, поскольку пришлось всем этим заниматься.

— А мне-то как жаль, бог свидетель, – сказал Фен. – Но, знаете, тут уж ничего нельзя было поделать. Не понимаю, как это может нам помешать получить удовольствие.

Сэр Ричард с любопытством посмотрел на него и расправил плечи.

— Мне уж точно не помешает, – с нажимом проговорил он.

— Мог бы рассказать мне, что ты задумал, – сказал Найджел.

— После спектакля мы созовем небольшое собрание, и там произведут арест, – ответил Фен. – Разумеется, очень тихо, когда суета уляжется. Там будут только те, кого касается эта история.

— Вот как, – проговорил Найджел и, помолчав, заметил: – Жаль.

— Когда застреливают и перерезают горло, тоже хорошего мало, – сухо отозвался Фен. Дальше они шли молча.

— Боже, ну и толпа! – воскликнул Найджел на подступах к театру. Он обернулся к Фену, и в душе его зашевелилось нехорошее предчувствие. – Надеюсь, билеты у тебя?

Фен похлопал себя по карманам, и лицо его приобрело тревожное выражение.

— О мои ушки, о мои усики! – вскричал он. – Я оставил их на столе.

Найджел застонал.

— Именно так, – спокойно подтвердил сэр Роберт, – поэтому их забрал я. Я вам доверяю не больше, чем вашему мнению о Чарлзе Черчилле. Помилуйте, Джервейс, ради всего святого, не дуйтесь!

Они пробирались сквозь толпу, и Фен весело приветствовал друзей и знакомых. Найджелу показалось, что он знает какое-то невообразимое множество людей. Приложив некоторые усилия, он отыскал знаменитого актера и подвел его к служебному входу, чтобы познакомить с Хелен. Найджел и сэр Ричард, сочтя, что промедление может стоить им мест, принялись пробираться к ним сквозь море ног, плащей и программок.

Знаменитый актер был сдержан, обаятелен и деловит.

— Какая жестокость с нашей стороны тревожить вас в такое время! – сказал он Хелен. – У меня в подобных случаях все поджилки трясутся. – Он улыбнулся, и Хелен, немного взволнованная, признала, что нервничает, и рассыпалась в любезностях. Фен бродил по гримерной, ради эксперимента измазав себе лицо гримом.

В дверь постучали. «Пожалуйста, пятиминутная готовность!» – прозвучал унылый голос помощника режиссера, и дальше по коридору эхом разнеслось: «Пожалуйста, пятиминутная готовность!»

— Боже мой, нам пора! – воскликнул знаменитый актер. – Джервейс, умоляю, вытри с лица эту дрянь! Да не втирай ты ее своим платком еще глубже, ну, что за недотепа! Сначала надо нанести жир. Вот так. Теперь можешь стереть бумажной салфеткой.

Фен, отчасти пристыженный этими манипуляциями, только неразборчиво заворчал.

— На самом деле, можете не торопиться, – сказала Хелен. – Народу так много, что мы наверняка начнем с опозданием, а мой первый выход только во втором акте.