Книга Янтч, страница 77 – Майлз Нортон

Мясо оказалось жестким.

Как человеческая плоть?

Он замедлился, но продолжал есть. Методично. Без удовольствия.

Потому что мертвые не едят. А он – живой. И значит, должен продолжать.

Стейк лежал в желудке тяжелым камнем, но голод не ушел. Настоящий голод – не тот, что можно залить мясом и кровью.

Сотня на столе – слишком много. Но Майклу было плевать. Деньги кончились. Как и всё остальное.

Улица встретила его холодом. Ветер бил в лицо, заставляя прикрыть глаза – ровно на секунду. Этого хватило, чтобы в темноте снова увидеть их.

Байкеров.

Анну.

Он резко открыл глаза и зашагал быстрее.

Дом не встретил его. Только скрип пружин – старый, знакомый, как стоны умирающего. Майкл рухнул на диван, не снимая ботинок. Потолок плыл перед глазами, покрытый трещинами. Одна из них – длинная, зигзагом – напоминала шрам.

Он не выключил свет. Спать значило видеть сны. А сны были хуже реальности.

Майкл уставился в потолок, пока глаза не начали жечь и он не вырубился.

Майкл открыл глаза. Опять.

Солнце било в окно ровно под тем же углом, пыль висела в воздухе точно так же, как вчера.

Дверной звонок. Резкий, настойчивый. Как сердцебиение в ушах.

Нашли.

Мысли ударили о череп, как пули.

Гильзы. Я их не собрал.

Там мои отпечатки. Моя кровь. Моя вина.

Он поднялся с дивана. Тело отзывалось тупой болью – будто его сбил грузовик, развернулся и проехал еще раз.

Шатаясь, как пьяный, дошел до двери. Рука на замке. Один глубокий вдох.

Он распахнул дверь – и увидел Люси. Она стояла на пороге, замершая между двумя мирами – между тем, что было тогда, и тем, что теперь навсегда останется между ними.

В руках – две бумажных чашки кофе.

— Ты выглядишь как дерьмо, – сказала она.

Голос не дрогнул.

Но глаза – они всегда выдавали.

Люси вошла без стука.

— Ты в игре, – сказала она коротко.

Майкл поднял голову. Глаза пустые, но в них мелькнуло что-то.

— Без тестов?

— Ты уже прошел его. В том переулке.

Она бросила конверт на стол. Он скользнул по поверхности, остановился перед ним.

— Первый заказ. Прокурор. Завтра.

Пауза.

— И да, за тобой подчистили в баре, – Люси достала сигарету, закурила, выпустила дым в потолок. – Камеры отключили за час до твоего прихода. Персонал – наши люди. Трупы вывезли через черный ход, залили кислотой. Пол, стены, даже вентиляцию – всё протерли. Твои отпечатки, твоя кровь, твои гильзы – испарились.

Она наклонилась, прищурилась.

— Но если будешь так же разводить бардак на заказе – следующую уборку сделают из тебя.

Майкл не стал открывать конверт. Просто кивнул.

— Оружие, схема, отход – всё внутри. Деньги после.

Люси повернулась к выходу, но задержалась.

— Они знают, что ты сделал с теми ублюдками. Им это понравилось.

Ее губы дрогнули в подобии улыбки:

— Добро пожаловать в Ад, Майкл.

Дверь захлопнулась. В комнате стало тихо.

Майкл разорвал конверт. Внутри – фотография стройки напротив офиса прокурора и место, где спрятано оружие.

Ничего личного. Только работа.

5:47 утра следующего дня. Строительная площадка.

Майкл перелез через ржавый забор, цепляясь за арматуру. Бетонные плиты, покрытые утренней сыростью, скользили под ботинками. Конверт в кармане жег, будто там был не адрес, а уголек.

Координаты сходились. Заброшенная бытовка, притопленная в грязи. Дверь висела на одной петле. Внутри – пыль, паутина, пустые бутылки. И вентиляционная решетка, слишком чистая для этого места.