Онлайн книга «Вор»
|
— Сколько по-вашему у него припрятано? — задумался генерал. — Башмак в месяц, по сообщениям информатора, просаживает от десяти до пятнадцати тысяч. В последнее время резко сократил расходы, следовательно, сбережения возросли. Учитывая сумму отчислений его банды и срок с момента возвращения к криминалу, думаю, не менее ста тысяч. — Что конкретно сообщает по этому поводу ваш источник? Александр Иванович замешкался. Сексот не выходил на связь уже второй месяц, а на последней встрече говорили о другом. — Ну… он не опровергает наши расчеты, — удачно выпутался из затруднительного положения зам, и вновь вскинул платок к не просыхающей лысине. — Ускорьте поиск кассы его группировки. Ведь где-то же она сберегается? — Скользкий вопрос. В том-то и дело, что кассы как таковой не существует. Есть личные сбережения лидера, подпитываемые из совокупного дохода группировки, плюс дополнительные инъекции. — И, предвосхищая генеральское любопытство, полковник уточнил: — Из собственноручно совершаемых карманных краж. — Оставьте чертову казуистику! Тянете, тянете резину. Давно пора установить тайник и взять шайку-лейку за жабры. Что вам мешает, голубчик? — Наложенные вами ограничения. — Я снимаю все, — чуть помедлив, генерал стушевался. — Кроме одного, не имеющего первостепенного значения. — Позвольте выяснить какого… — Никаких контактов с самим Башмаком и пока никаких официальных следственных мер, включая допросы. — Извините, а как же возбужденное по факту стрельбы дело? — охнул полковник. — Мы же рассчитывали спровоцировать потерпевшего на необдуманный шаг. — Никаких контактов, — взъерепенился генерал. — Что не ясно?! — и, взбучив мощную шею, заставил зама пожалеть о несговорчивости. — Так точно! Понял вас, товарищ генерал, — подскочил Александр Иванович. — Сегодня же разработаю план тотального прослушивания и привлеку людей к круглосуточному наружному наблюдению. По всем интересующим моментам буду держать вас в курсе. Заученная фраза, стелящаяся в устах полковника скороговоркой, пролилась елеем на растревоженные вчера перепонки. Шеф довольно крякнул. — Командировочный как? — Не мешает. Роет что-то, непонятно что. Ковырнет — прикопает, ковырнет — прикопает. Хитрая бестия. Думаю, поделится, если наскочит на примечательные детали. — Я так не думаю. Ты это… — глаза генерала забегали. — Дай ему побольше простора, подсоби информацией. А потом отойди и понаблюдай. Может, путное что выяснишь… — Слушаюсь. Разрешите идти? — С Богом. У порога зам, просветленный несостоявшейся экзекуцией, вспомнил: — Товарищ генерал, скоро освобождается наш старый знакомый. Лагерная администрация прислала запрос, осведомляется, в каком направлении выписывать проездные. Может, отвернем его от города куда-нибудь на окраину? Он давно ждал этого дня. Заерзав в кресле, притворился, что углубился в раздумья, хотя решение вызрело не одним годом раньше, и, наконец, изобразив безысходность, возразил: — Нет, пусть возвращается, стервеныш. Вернет сполна должок — тогда и поедет, только не на окраину сметану жрать, а реверсом в родные места… — Мудро, товарищ генерал. Этажом ниже, пятнадцать минут спустя, размеренный ход обыкновенного рабочего дня ускорился до аврального темпа. Полковник, экспрессивно выхаживая по своему кабинету, властно передавал вытянувшемуся у двери майору серию приказов и, снабжая их многосмысловыми инструкциями, требовал результатов уже к вечеру. Собравшиеся в соседнем помещении оперативники, озадаченно обсуждали причины внезапного апокалипсиса… |