Книга Порно для маленьких, страница 50 – Александр Слепаков

Марине стоило большого труда уговорить папу не идти с ней к следователю, а позволить, чтобы пошла Тамара Борисовна. При ней Марина будет менее скована, папа, ну следователь — женщина, и с Тамарой Борисовной мне будет легче говорить о разных вещах, о которых при тебе я и заикнуться не смогу. Ну пожалуйста. Лев Иосифович решил, что женщина с женщиной лучше поговорит, а на Тамару Борисовну можно положиться. Тем более, что, как он понял, вопрос уже решается положительно, тут главное ничего не испортить. Вообще новые внезапно появившиеся родственники ему очень нравились. Подозреваемый в совершении преступления, а также его родители.

Следователь Головня искренне недоумевает. Ведь пострадавшей нет шестнадцати лет. Это же очевидно. Вот ксерокопия ее свидетельства о рождении, сами посмотрите. Видите дату рождения? Какие вопросы? Да вы посмотрите на нее. Ведь она же еще ребенок.

Тамара Иевлева смотрит на Марину, кабинет следователя Головни слегка плывет перед глазами. А ведь следователь совершенно права. С чем ассоциируется Марина Шульман? С учебниками, с развивающими играми, с конфетами и кока-колой… у нее маленькие руки и ноги, она сама совсем маленькая, подросток. Не важно, как видит ее Борька, как воспринимает ее сама Иевлева. Важно, как видят ее другие люди.

— Вы представляете ее в роли роженицы? — спрашивает Головня.

Это хороший вопрос. Сама Головня была в роли роженицы два раза. И Тамара Борисовна была в роли роженицы два раза. Обе отлично понимают, что это такое. Они смотрят на Марину Шульман с недоверчивой жалостью, как казачий вахмистр на приставшего к эскадрону идейного гимназиста — куды ему на коня?

— Ну смягчающие обстоятельства есть, — говорит Головня. — Они в любом деле есть. Это уже суд будет рассматривать.

— Адвокат просил об изменении меры пресечения, — говорит Тамара Борисовна.

— Да, у меня есть письмо, — следователь Головня находит письмо в папке, — вот оно. В изменении меры пресечения отказано.

— Как отказано?

— Отказано, вот решение.

Головня протягивает бумагу.

Пауза.

Как же так? Ведь адвокат говорил. Что такое произошло за это время?

— Разве нельзя спокойно разобраться? — спрашивает Тамара Иевлева. — Пригласить все стороны, имеющие отношение к делу? Всех выслушать? Ведь у Марины есть папа. Его мнение тоже имеет значение. И сама Марина имеет право голоса. Какой смысл сразу арестовывать? Они могут просто пожениться. Зачем тогда нужно уголовное преследование? Какой в нем смысл?

— Просто пожениться? А если экспертиза покажет, что не могут? Что потерпевшая еще не может иметь детей? Что тогда?

— Тогда рожу назло экспертизе, — отзывается потерпевшая.

Была бы на месте Иевлевой обычная такая тетка. Затюканая, упрямая, туповатая, напористая… Головня бы мигом поставила ее на место. Но мать подследственного вызывает невольное уважение. Красивая, спокойная, без истерики. Все говорит по делу. Головня не может про себя не признать ее правоту. В самом начале «разговора» потерпевшая попросила допросить ее в присутствии матери подследственного. Так как она — несовершеннолетняя — полностью доверяет этой самой Иевлевой Тамаре Борисовне, и при ней может говорить намного откровеннее, чем в присутствии своего отца. А матери, кстати, у нее нет. А кто-то взрослый с ее стороны должен при допросе присутствовать.