Книга Сокровища, страница 21 – Евгения Овчинникова

Но вот тетя Маша выпустила пар и надавала сестрам кучу указаний: что сделать дома и в огороде. Можно было вставать и идти умываться и пить чай.

— И сводите ребенка на речку, – продолжила тетя Маша на повышенных тонах, как только Ася появилась в дверях. – За лето ни разу не отвели, дома сидит.

Тетя собиралась в школу, надевала блузку с юбкой, туфли на каблуках. Причесалась, взяла в руку сумочку, в другую – сумку, набитую тетрадями. Что за тетради тетя носила летом, Ася не знала и все забывала спросить. Иногда тетя закрывалась в комнате поработать. В тетрадях были разлинованные таблицы. Почерк у тети был непонятный, только что на обложках стояли трафаретные римские цифры: I, II, III, IV и дальше.

И вот тетя отправилась на работу. Бабушка побурчала про подол и беспутных девок, но быстро выдохлась. Ира и Лена выпрямили спины, подняли головы, заговорили задорно, захихикали, но тихо, чтобы не слышали бабушка и Таня. Ася села за стол, и Лена поставила перед ней чай, подвинула хлеб и варенье. Сестры обсуждали дискотеку – кто с кем пришел, кто с кем ушел, кто подрался. В кухню вплыла Таня. Девчонки замолчали, украдкой разглядывали ее. Даже в застиранном ситцевом халате, подвязанном тонким пояском, с темными кругами под глазами и с собранным как попало хвостом она выглядела как королева. Как красотка с календарика. Не глядя ни на кого, Таня налила себе чай, плеснула в кружку молока, вздохнула и ушла в детскую, и там заскрипела кровать.

— Ну ладно, всё, давай убираться, – сказала Лена, отставляя кружку.

В наказание тетя Маша велела им убрать весь дом, прополоть клубнику, нарвать травы курам и подмести двор у сарая. Сестры начали неохотно, но потом развеселились, начали беситься – кутались в простыни и, завывая, читали стихи.

Пока они были заняты, Ася пошла к сокровищам. Босиком по огороду – земля была сухая, уже прогретая солнцем, оно светило сквозь облачную небесную дымку. Надежды, что и днем будет облачно, не было. Сейчас поднимется ветер, разгонит облака, и солнце запечет изо всех сил. Но пока не слишком жарко, и Ася шла к крыжовнику между грядками, шлепая ступнями по мягкой земле, чтобы поднимались облачка пыли.

— Не заметили ли вы подозрительных людей у секретного объекта? – спросила Ася у морковок. Морковки молчали, опустив ботву. – Будьте внимательнее. Оставляйте караульных круглые сутки.

Ася вырвала с грядки куст лебеды, закрыла им лицо, пригнулась и шла крадучись, вытягивая ноги вперед.

— Пароль на вход – шоколадный конек. Повторить? Шоколадный конек. Спасибо.

Она отодвинула воображаемую тяжелую дверь, как в банковском сейфе, а на самом деле – цветки вымахавшего укропа, упавшие поперек дорожки, и оказалась прямо у крыжовниковых кустов. Оглянулась – никого не было в огороде, никто не смотрел в окно. Она присела на корточки, чтобы крыжовник окончательно скрыл ее из виду, и стала копать ямку.

Все кусты, торчащие из сухой земли, были на одно лицо, и Ася запаниковала, когда не нашла коробки под первым и вторым кустом. Сокровища нашлись под третьим. Ася достала фотографию красотки и рассматривала близко-близко. Нет, Таня и красотка не похожи, совсем разные лица. Но что-то неуловимое, не разобрать, – то ли выражение лица, то ли взгляд – было один в один. Девушка с календарика смотрела на Асю, словно все на свете знала, и казалась доброй, близкой и высокомерной одновременно. Так и Таня – всегда с ней непросто.