Книга Удивительные истории о любви, страница 126 – Наринэ Абгарян, Дмитрий Карманов, Александра Авророва, и др.

— Нечасто я таких нынче встречаю, нечасто, – шаман вздохнул. – Все тебе по плечу, со всем ты справишься.

Девочка сидит, ни жива ни мертва от волнения. Шаман ей в глаза заглянул – всю душу насквозь просветил глазами золотыми. Кивнул мрачно:

— Ну, вот что. Загадывай желание. Что ни попросишь – все твоим будет.

Помялась девочка, улыбнулась застенчиво.

— Хочу жизнь свою прожить не зря. Мир изменить и край земли повидать. Мне бы голосом поколения стать и жечь глаголом сердца людей. Хочу много есть и не толстеть. А главное – суженого вернуть, чтобы в ноги пал, молил о прощении и руки целовал.

Вздохнул шаман, ничего не сказал.

— А еще, – расхрабрилась девочка, – щенка хаски хочу, голубоглазого… Если можно.

— Можно-то все можно… – шаман задумался, щетину недельную на подбородке поскреб.

Девочка затаилась, продолжения ждет. Тихо на кухне, только потрескивает лампочка на столе да часы в прихожей тикают. Шаман как будто заснул: глаза свои звериные присмирил, головой покачивает из стороны в сторону.

А потом вдруг как гаркнет:

— А платить чем будешь?!

Встрепенулась девочка, почуяла, что судьба ее решается.

— Всем заплачу! – отрубила и тут же поправилась: – Кроме здоровья мамы.

Подумала и чувствует – мало этого. Прибавила торопливо:

— Пусть я умру непризнанным гением в нищете. Пусть любимый мой подлецом окажется и мне изменяет. Пусть даже край земли будет совсем плоским. Лишь бы все остальное сбылось! Пожалуйста…

И тут же прогремел гром за окном, даром что ноябрь. И в трубах за стеной зажурчало – знать, соседи воду на толчке спустили.

Разозлился шаман, потемнел лицом:

— Дура ты, дура!

Да делать нечего: плюнул на ладонь, стукнул кулаком по столу и протянул руку девочке – пожалуйте, закрепим договор.

Девочка с содроганием сердца пожала руку шаману, и стало ей зябко и жутко. Вспомнила, что про душу бессмертную ни словом не обмолвилась, когда цену выговаривала. Но сделанного уже не воротишь.

— Ну, я пойду?

— Иди, – кивнул старик и снова раскурил Беломор.

Она уже в дверях была, когда шаман окликнул:

— Эй! А платить-то вперед надо было.

Девочка так и обмерла, за сердце схватилась:

— Как это – вперед? Прямо сейчас? Да чем хоть?! А шаман на нее снова смотрит, как на дуру. Молчит, скорбно головой качает. Девочка уже к худшему приготовилась, затрепетала, как лань на расстреле.

Вздохнул шаман.

— Ты, – говорит, – фильм «Pay it forward» не смотрела? Захлопала глазами девочка.

— Надо было говорить, что добром заплатишь, добром… Причем вперед, другим людям, – шаман глубоко затянулся и выпустил клуб сизого дыма. – Поняла теперь? Кивнула девочка, носом хлюпнула.

И тихонько вышла наружу, во внешнюю тьму и скрежет зубовный зимней среднерусской ночи.

Давно это было. Сошли с тех пор ледники и поднялись горы, исчезли на картах белые пятна и зародились новые государства. Стала девочка голосом своего поколения или нет, вернула ли суженого – про то уже все за давностью лет забыли. А шаман тот все сидит на кухне, у батареи греется. Пьет сладкий чай, Беломор покуривает. Ждет, кому еще погадать можно.

Вы, если его когда-нибудь встретите, всегда платите вперед.

И можете не благодарить.

Отдельное спасибо стрелявшим в меня полицейским. Если бы не они, я бы так и витал в облаках. Так бы и воображал про себя бог знает что. И пусть у меня теперь два пулевых ранения в груди. Зато никаких иллюзий.