Книга Вечеринка с карликами. И другие рассказы, страница 65 – Анна Златковская, Ольга Аникина, Евгения Овчинникова, и др.

«Дашенька, – писала старуха, – покажи мне внука. Ему тридцать лет, а я, как он теперь выглядит, не знаю. Он учится?»

«Мама отстань», – на аватарке была фотография крупной женщины среди пальм.

«Даша, я хочу переделать завещание на всех вас. Тебе надо подписать доверенность».

«Зачем? С братьями разберемся. Пусть все будет на меня».

Кирилл захлопнул ноутбук.

«Заключим бартер, – говорила в тот второй вечер старуха, отправляя в рот вилку с фаршем. – Это ведь так называется? Вы помогаете мне. Вот эти мелкие бытовые штучки. А я включаю вас в завещание. Ведь у вас тут ничего. Зарплата научного сотрудника», – она глухо рассмеялась.

На следующий день Кирилл пришел к старухе незаметно вернуть ноутбук и забрать свои бумаги. Шаря глазами по открытой книге, присел дописать примечание. Больше библиотеки он не увидит: у этих корешков есть живые наследники.

Старуха опустилась на подлокотник кресла. Положила руку ему на плечо. Кирилл отшатнулся. Она провела пальцами по его шее.

— Знаешь, как тяжело старикам, Кирюш? Нас никто не трогает. Даже врачи.

Кирилл оцепенел. Старуха взяла его ладонь и уложила на обтянутое шерстяной колготочной тканью куриное бедро. Тогда он вскочил и через прихожую, не завязав шнурки, бросился на лестницу.

Через неделю он позвонил Майе Витольдовне и попросил разрешения забрать брошенную на зеленом сукне диссертацию.

Дверь в квартиру оказалась не заперта. Пахло табаком. Кирилл нарочно громыхнул вешалкой.

— Вот и он! – Майя Витольдовна в бархатном платье вышла из библиотеки. – А мы, Кирилл, как раз обсуждаем ваше исследование.

Кирилл, не разуваясь, прошел в библиотеку, мимо Майи Витольдовны. Курильщик, сидевший за столом над бумагами Кирилла, поднял лицо. Это был ректор университета.

— А мы с вами встречались на лекциях! – ректор протянул руку, не вставая. – Вы у нас защищаетесь? Выдающаяся тема. Я возглавляю комиссию по русской литературе, буду весьма рад, – пепел с сигареты шмякнулся на диссертацию. – С Майей Витольдовной вы правильно дружбу завели. Когда в ходу был самиздат, она меня спасла от гибели!

Кирилл перевел хмурый взгляд на старуху, которая торопливо подливала ректору коньяк.

— Майя Витольдовна, можно вас на два слова?

В коридоре было холодно.

— Я заберу вещи и уйду.

— Ты сегодня в библиотеке на тахте спишь. Ясно? – она наклонила голову и отвела плечи назад. Кирилл услышал хруст позвонков. – Приказ об отчислении этот добрый человек подпишет мне прямо тут, – она утвердительно зажмурила глаза.

Кирилл утер лицо ладонью. Старуха скалилась как варан.

— Я твой внук, – произнес Кирилл.

— Что за шум? – ректор выглянул в коридор и увидел распластанное на паркете бархатное платье.

Он упал на колени, а Кирилл, прижав к уху мобильник, вошел в библиотеку, подошел к столу и стал собирать свои бумаги.

— Можно скорую помощь?

«Вот когда вырастешь, будешь делать все, что захочешь, а пока…»

Как же восхитительно быть взрослым, и, когда я говорю «взрослый», я имею в виду такую зрелость, когда у тебя уже есть паспорт и полный пакет прав, но нет никаких обязательств, ограничений, ответственности, организации и оккупации. То прекрасное время, когда ты, как будто младенец, отдаешься примитивным импульсам. Живешь рефлексами и только начинаешь изучать мир… Проходишь оральную и прочие стадии… Управляешься рептильным мозгом, а кортекс еще коротковат для карьеры. Но со стороны-то похоже, что я уже большой.