Книга Я вижу тебя насквозь, страница 19 – Стаси и Элен Твенти

Тук… Тук…

Я вслушалась.

Тук… Тук…

Звук существовал. Но далеко.

Он тонул. Его заглушало Хххх… шшшш… у самого уха и оглушительный взгляд того, на краю оврага.

Тук… Тук…

Мир раскололся.

Запах тины боролся с запахом пыли в моей комнате. Воздух был плотным, влажным, как пар от дыхания чудовища.

Хххх… шшшш… тонуло в Тук… Тук…

Я приказала своим реальным легким вдохнуть.

Я приказала своим реальным пальцам сжаться.

Я дернулась.

Резко, с хрустом. Словно что-то разорвалось.

Мир покачнулся. Я закричала, издав рваный, судорожный, похожий на визг вдох.

Я сидела в кресле.

В бархатной темноте своего кабинета.

Тишина.

Абсолютная, бесхарактерная тишина моего кабинета. Никакого БЗЗЗЗЗТ!. Никакого бесстрастного голоса «Алисы».

Будильник еще не сработал.

Я вырвалась сама.

Я вцепилась в подлокотники.

Пальцы болели. Ногти впились в велюр.

Я сидела в темноте, вся в холодном поту. Шелковая пижама прилипла к спине и груди. Сердце билось не просто быстро — оно билось неправильно, пропуская удары, спотыкаясь, как будто пыталось вырваться из грудной клетки.

Я разжала пальцы. Камень-якорь был скользким от моего пота. Он вывалился из ослабевшей ладони и с глухим стуком упал на ковер.

Тишина проглотила этот звук.

Я посмотрела на браслет. Пульс 132.

Он не достиг порога в 140. Аварийный выход не сработал бы.

— Это… это просто выдумка моего мозга. Перегрузка, — прошептала я в темноту. Голос дрожал. — Сбой. Усталость.

Темнота казалась вязкой, как дым. Она двигалась, пока я говорила.

Я заставила свой мозг работать. Рационализировать. Немедленно.

«Усталость. Просто сильная усталость».

Я кивала сама себе в темноте, как будто убеждала пациента.

«Мозг перегружен. Я слишком много работала, давление от Nocturne_Fan, этот… Марк… Психика просто… додумала детали. Импровизация. Естественный процесс».

Это был просто сбой. Галлюцинация внутри галлюцинации.

Я сделала глубокий вдох. Потом еще один. Воздух казался тяжелым, как в закрытой банке, пахнущей пылью и металлом.

Я заземлялась.

«Это даже к лучшему», — эта мысль стала спасательным кругом.

«Тень на краю. Наблюдатель. Это… это гениально. Это новый уровень. Не просто монстр, который дышит за спиной, а то, что наблюдает за тобой, пока монстр тебя убивает».

Да. Это было оно — вдохновение.

И я обязательно добавлю это в книгу, как только соберу себя по кусочкам.

Я нащупала на столике выключатель лампы, но рука дрожала так сильно, что я промахнулась.

Пальцы скользнули по прохладному металлу, и от этого простого прикосновения по коже побежали мурашки.

Я сжала руку в кулак, но снова опустила ее на колени.

Я сидела в темноте еще долго, не решаясь включить свет, и ждала, когда будильник «Алисы» наконец сработает.

Тишина вокруг была почти живая. И где-то под ней — едва уловимое эхо:

Хххх… шшшш…

Остаток ночи я провела в попытках вернуть контроль.

Я мыла посуду, протирала влажной тряпкой все поверхности в кабинете, переставляла книги, выдумывая для них новый порядок. Я заварила три чашки разного чая, но выбрасывала каждую, едва пригубив — все они отдавали тиной.

Я пыталась отмыть от себя этот липкий, вязкий страх. Но дело было не в страхе. Страх я знала. Я его коллекционировала.

Дело было в сбое.

В моем идеальном, выверенном, стерильном эксперименте завелся вирус. В моем коде появилась переменная, которую я не объявляла.